В темноте старого футбольного поля раздается только слышимый за пределами человеческого уха шепот: "Можно мне мой мяч?". Мячик блестит в холодном свете. Ухмылка мальчишки синеет от крови, и его глаза светятся красным. Вместе они создают неловкий баланс между игрой и неизбежной трагикомией....
— Хроники мы нашли два года назад, а девушек эти начали убивать пять-шесть лет назад. Так что, думаю, просто совпадение.
— Как знаешь, — не стал настаивать Кирилл.
— Не пойму, почему она решила провести ритуал здесь, за городом? — озвучил Марк мысль, мучившую его уже несколько часов.
— Этот район находится на юго-востоке. Полностью подходит под задуманное и слишком близко к черте города, — ответил Кирилл.
Он сделал несколько снимков на телефон и про себя отметил, что надо бы вызвать сюда ребят. Пусть покопаются в этом, снимут отпечатки и приобщат все находки к делу.
Они спустились в подвал. Видно, что когда-то подвал занимал все пространство под домом, но потом кто-то понастроил перегородок из фанеры между колоннами, разделив помещение на несколько комнатушек.
В первой обнаружилась бойлерная с выходом на улицу. Во второй прачечная и склад для хранения всякой всячины. А вот в следующей друзья задержались. Она была обита мягкими панелями. Пол тоже застилали мягкие маты. По углам лежали несколько матрасов с одеялами, и больше здесь ничего не было.
— А вот здесь их и держали, — прошептал Кирилл.
— Все осмотрели? — раздался за их спинами звучный голос начальника.
Оба подпрыгнули от неожиданности, хотя сами высылали Константинову фото гостиной, чтобы он смог переместиться к ним.
— Нет, еще одна комната осталась, — Кирилл показал на последнюю закрытую дверь.
Олег Дмитриевич дернул за ручку и распахнул дверь настежь:
— Это что еще за пыточная?! — удивленно воскликнул он, и Марк с Кириллом поспешили к нему.
В комнате стояла кровать с кованым изголовьем, с потолка свисала решетка с цепями, по стенам расположились массивные лавки и табуреты, в стены так же были вбиты крюки с цепями и кандалами.
— Ну не пыточная… — протянул Марк. — Во всяком случае, эти орудия не для пыток.
Он указал начальнику на стеллаж, где ровными рядами расположились плётки всех видов и фаллические приблуды разного назначения, форм и размеров.
— Тьфу! Извращенки престарелые!"
"— Вообще-то они еще молодые даже по людским меркам, а уж по нашим и тем более
— Ты, Голицын, свои любовные пристрастия оставь при себе.
— Не помню, — вздохнул Кирилл. — Кажется, личная заинтересованность или что-то такое.
Константинов удивленно уставился на подчиненного, но промолчал. Видок у Кирилла был уставший и побитый.
— Ладно. Я наших сюда вызвал. Раз тут больше никого не держат, давайте в офис.
