Но она также не собиралась и сдаваться.
— Я вам уже говорила, что никогда не стану вашей любовницей.
— Даже ради спасения брата?
— У вас ведь нет уверенности, что он виновен!
— Он виновен, и в конце концов я это докажу. А пока вы ведь не хотите, чтобы новый работодатель узнал о злодеяниях вашего брата?
— Ну, идите же, рассказывайте, — девушка решила блефовать.
Эккерби сжал губы: ему явно не нравился такой оборот событий. По мере того как его лицо темнело от злости, Мадлен напала сомневаться в правильности своего поведения. Даже если Джерард совершенно не виновен, барон может скомпрометировать ее, обвинив брата публично. Она не хотела потерять новое место из-за скандала, который бросил бы тень и на нее.
Девушке также не улыбалось, чтобы Рейн узнал о проступке ее брата. Граф может понять и даже оправдать человека, стащившего булку хлеба, чтобы не умереть с голоду, но он никогда не одобрит кражу наследственной драгоценности.
В любом случае, она должна воспрепятствовать тому, чтобы барон прямо сейчас отправился к ее новому начальству. Мадлен тем временем попытается выяснить, при частей ли Джерард к этому преступлению. Если да, то ей придется вправить мозги своему непутевому братцу, прежде чем того арестуют, обнаружив у него чужую собственность.
— Нет необходимости делиться своими подозрениями с кем бы то ни было здесь, в Чизвике, милорд, — сказала она как можно более примирительно. — Если вы ошиблись насчет Джерарда, то, ложно обвинив его, навредите собственной репутации. Если же ожерелье и вправду у него, то, обещаю вам, я смогу убедить брата вернуть его вам.
— Боюсь, этого будет недостаточно.
По глазам Эккерби было видно, что ему доставляет удовольствие играть с ней в кошки-мышки.
— Возможно, нам удастся договориться, сударыня.
— Каким образом? — спросила она осторожно.
— Меня устроит поцелуй.
Гнев и возмущение захлестнули Мадлен. Он опять пользуется ее беспомощным положением, как в тот момент, когда, не выждав и месяца после смерти ее хозяйки, бессовестно склонял девушку стать его любовницей.
Она взглянула на его губы, и ее передернуло от мысли о поцелуе похотливого барона. Когда он шагнул в ее сторону, Мадлен решила, что, если потребуется, будет защищаться садовыми ножницами, которые держала в руке.
Однако положение ее было незавидным, и это осознавали они оба.