Автор
В дремучих лесах неожиданно открывается портал в некогда забытую эпоху, где каждое звено цепи привязано к судьбе целой планеты. Номер 19 — это история о связи между настоящим и прошлым, когда отступление неизбежно становится единственным решением.
Глупые вруны-сценаристы все выдумывают.
Так не бывает.
«Детям нужен отец».
Возможно нужен. Но не такой.
Лилия смотрит, как сильные руки комячат ее мать, словно она обертка от конфеты.
«Папа».
Лилию сейчас вырвет.
Язык не поворачивается назвать это существо папой.
– А теперь бутерброд. – Он раскрывает руки и смеется.
Смотрит на Лилию и ждет.
Бутербродом он называет совместные объятия. Мерзость. Приторная традиция. Сейчас придется крепко обнять это существо и сказать, как сильно все его любят.
Лилия не хочет.
Она не собирается прижиматься к этому человеку. Это отвратительно. Тем более она знает, что это только начало. Знает, чем скоро обернутся эти грубые ласки.
Пьяный рот существа скалится в улыбке, точно в такой же, как у диснеевской принцессы со стены в детской. А виолончель заводит свою скрипучую грустную мелодию. Струны звенят, стонут под ударами смычка."
"Существо что-то продолжает говорить своим поганым заплетающимся языком, но Лилия не слушает.
Ее глаза уставились на вазу.
– Бу-тер-брод!
Он ритмично стучит пальцем по столу, как судья молоточком, как учитель указкой. Стучит, призывает к порядку.
– Бутерброд, говорю. Что ты там решаешь?
Лилия не решает.
Она уже все решила.
Она ждет. Собирается с духом.
Она выбирает момент.
Нужен всего один удар. Точный. Быстрый.
Если у мамы не хватает сил…
– Я это сделаю!
Лилия случайно произносит вслух окончание фразы и звук рвущейся струны раздается в ее ушах.
– Что ты там бормочешь? А? Невоспитанная.
Лилии кажется, что время останавливается. Стрелки на часах замирают. Воздух густеет. Тело трясется от холода и одновременно покрывается капельками пота от жара. Ей кажется, что этот миг будет тянуться целую вечную вечность.
– Я сказал, при мне говорить только вслух!
– Прости, папочка. Ты прав.
Она говорит и подмигивает. На этот раз у нее получается правдоподобно улыбнуться.
– Папочка, я говорю, что сейчас самое время открыть для тебя коробочку вкусных конфет.
Мама удивленно поднимает брови. Она не пьяна, и она видит, что ее дочь ведет себя странно. Для любой матери достаточно короткого взгляда, чтобы понять, что в мыслях у ее ребенка. А с Лилией можно и не смотреть, понятно, дочь что-то задумала.
Мама мотает головой. Не надо.
