Автор
В дремучих лесах неожиданно открывается портал в некогда забытую эпоху, где каждое звено цепи привязано к судьбе целой планеты. Номер 19 — это история о связи между настоящим и прошлым, когда отступление неизбежно становится единственным решением.
* * *– Эй, киска… Просыпайся, – раздался над головой уже знакомый голос.
Ксения открыла глаза, едва сдерживая стон.
В какой-то момент, вконец измученная грызущей болью и усталостью, она провалилась в тревожное забытье. И в те короткие семь минут, пока она дремала, нервно вздрагивая, ей привиделся мимолетный сон. И это был чудесный сон.
Они наконец-то все вместе, крепкая и дружная семья – мама, папа, она и Света с Антошкой. Мама жива, и с папой все в порядке. Они на озере, плывут на большой лодке, смеются и шутят.
Она испытывала самое настоящее счастье.
И все это оборвалось в один миг, когда хрюкающий голос повторил:
– Поднимайся, гребаная соня.
Она огляделась. Ее камера была открыта, над ней, словно два холма, возвышались «поросята».
– Оставьте меня, – тихо попросила она, и те, переглянувшись, засмеялись.
– Мы бы с радостью! – воскликнул Сниф. – Но Игра есть Игра.
– Нам влетит, если привезем тебя с опозданием, – поддержал его Снуф. Взглянув на неестественно вывернутые ступни пленницы, он толкнул в бок напарника:
– У нее сломаны ноги. Помоги.
Кряхтя, дежурные подняли израненное тело Ксении, грубо швырнув ее на каталку.
– Подождите, – сорвалось с губ девушки, но «поросята» даже не удостоили ее взглядом. Развернув тележку, они покатили ее к выходу.
– Надеюсь, она не убежит, – сказал Сниф, подмигивая коллеге, и тот одобрительно хрюкнул.
– На сломанных ногах еще никто не убегал, – важно поддакнул Снуф.
– Постойте, – взмолилась Ксения.
Ее слова провалились в бездонную пустоту.
Весело и непринужденно болтая, «поросята» продолжали толкать каталку, и перед глазами Ксении снова все помутнело.
Она пришла в себя от закладывающего уши грохота, не сразу сообразив, что это всего-навсего звуки громко играющей тяжелой музыки.
