— Вот теперь я тебя узнаю… это прежняя, настоящая Лола! Может быть, не нужно звонить Ирке? Может быть, ты сделаешь наконец то, о чем я тебя просил? Лолка, время дорого, того гляди — Ухо сгонит Зозулина с квартиры, а ты распустила нюни! Какая еще мантическая диагностика? Тебя элементарно разводят на деньги!
— Ни за какие деньги не купишь здоровья! — вздохнула Лола, но, наткнувшись на грозный взгляд своего напарника, сказала слабым голосом: — Хорошо-хорошо, я выполню твое задание. Но когда я умру, ты об этом очень пожалеешь!
На следующий день Лола снова появилась в медицинском центре «Авиценна». На этот раз она прошла прямиком в регистратуру. Хорошенькая сестричка быстро нашла ее карточку, заглянула в нее и сообщила:
— Сейчас как раз свободна Памела Агафоновна. Так что можете пройти в кабинет гирудотерапии…
Лола вошла в просторный светлый кабинет.
За столом сидела крупная вальяжная женщина средних лет с губами неприятного, излишне красного цвета. Перед ней на столе стояло несколько больших стеклянных банок, в которых плавали, извиваясь, жирные крупные пиявки.
Повернувшись к Лоле, хозяйка кабинета облизнула губы и пропела слащавым голосом:
— Заходите, моя сладенькая! Сейчас мы вас подлечим! Сейчас мои пиявочки покушают вкусненького! — Повернувшись к банкам, она осклабилась, постучала по стеклу ярко-красным ногтем и продолжила: — Цып-цып-цып, мои деточки! Обед! Обед! Кто тут у нас больше всех проголодался?
Пиявки оживились и наперегонки бросились к поверхности воды.
Памела Агафоновна раскрыла Лолину карточку и заахала:
— Ой, какой запущенный случай! Ну ничего, мои малютки вам обязательно помогут! Вы не смотрите, что они такие маленькие, у каждой моей малютки по три челюсти, и в каждой челюсти — по триста острых зубов! Они знают свое дело! Обычно мы ставим пациентам по три пиявки, но в вашем случае можно стразу десять… вы немедленно почувствуете эффект!
Лола представила, как десять пиявок одновременно впиваются в ее кожу. Десять, и у каждой по три челюсти… и в каждой челюсти по триста зубов! Сколько же это всего? Почти десять тысяч!
— Мама! — едва слышно проговорила Лола.
— Ну, приступим… — Памела Агафоновна улыбнулась Лоле, продемонстрировав полный рот мелких острых зубов. От страха Лоле показалось, что у нее, как у пиявки, тоже три челюсти и сейчас эти челюсти вопьются в Лолино горло…
Лоле стало нехорошо. Ее замутило от страха. Она стрелой вылетела из кабинета и бросилась к двери с женским силуэтом.
