В темном спортзале с красными матами заиграла музыка. Антоха и его тренер будущего уже бросились в спортивную дуэль по май тай, охватывая всё новые аспекты этого искусства силы и скорости. Этот новый мир для лиловой Кошки начинается здесь, среди ловких и решительных парней, готовых принять вызов и стать настоящими профессионалами....
Где-то внутри царапнуло понимание, что скоро она станет убийцей. И, словно прочитав её мысли, мужчина продолжил.
— Верховный жрец Храма Сумеречного точно не тот, кого стоит жалеть, Антонина. Он стоит во главе страны уже несколько сотен лет, безжалостно уничтожая любую угрозу своей власти. На его счету столько смертей, сколько тебе и не снилось.
— Ты считаешь себя лучше? — Кошка холодно взглянула на собеседника, не пряча огоньки тлеющей в глазах ненависти.
— Нет. Не считаю. Я его сын, хоть он и никогда этого вслух не признавал, а кровь не вода.
— Тогда, зачем ты мне это говоришь?
— Хочу облегчить тебе совесть, дабы она не мешала делу.
Они как раз подъехали к воротам города и девушка даже не успела опомнится, как стражники, едва мазнув по ним глазами, молча уступили дорогу. Она недоумённо зыркнула на Тибуса и тот, как ни странно, опять объяснил.
— Я не одно десятилетие был киерантом. У меня было время предвидеть любые варианты и подготовиться к ним. На этих воротах стража давно и прочно служит мне.
Дальше они двигались в молчании. Лошадей вскоре пришлось оставить. День клонился к закату. Верховный жил, как ей объяснил Ассавирг, в собственном особняке и редко появлялся на людях, только перед особо приближенными. Но именно сегодня он находится в центральном Храме. И там им не составит труда смешаться с толпой преклоняющихся слуг Сумеречного.
Следуя за высокой фигурой бывшего киеранта, девушка не могла не обратить внимания на убирающихся с их дороги горожан, из которых некоторые чуть ли не до земли кланялись. А те, кто этого не делал, предпочитал, как можно, скорее скрыться с глаз, явно не желая привлекать внимание."
"Храм был виден издалека. Огромная мрачная громадина появилась в поле зрения ещё до того, как они вышли на площадь перед ним.
