Автор
В дрожащем свете ночи Аскель чувствует холод и боль, как никогда прежде. Кровь на его одежде и руках – символ того, что он больше не может с этим ничего поделать. Мир вокруг кажется тихим, но полным грозящего угрозы тьмы, а внутри него – пустота и невыносимая тоска.
Только у меня тут не очень чисто, работаю над одним проектом.
— Поверь… — Ар'оф недобро улыбнулся, — после нашего разговора твой проект отойдёт на второй план.
Нежданные гости вошли в комнату самого обычного студента и внимательно её осмотрели.
Николай Рал, зайдя в небольшое, по меркам его кабинета, помещение, осмотрелся и даже выглянул в окно, ностальгически вздыхая.
— Аскель, я тоже помню те времена, когда был студентом Академии. Марина, дочка, будь добра, прикрой двери.
Бледная Марина кивнула и закрыла двери, Николай Рал достал некий артефакт в виде шара и, поставив его на рабочий стол, активировал.
Двое взволнованных отцов присели на два единственных стула, Аскель же присел на свою кровать в полном непонимании, что тут вообще происходить, хотя о причинах догадывался, как и о назначении купола тишины.
— Аскель, — начал Ар'оф Элорд, сложив руки в замок. — Ты понимаешь, почему мы тут собрались?
— Догадываюсь, но будет лучше, если вы сами назовёте причину, — начал Аскель издалека, а Нессия икнула.
— Ну хорошо, — высокий эльф улыбнулся, нехорошо так улыбнулся, будто решал, под каким соусом лучше приготовить этого парня. — Я скажу просто и доходчиво. Ты сегодня же собираешь вещи, валишь из Академии и из города и прячешься в самую настоящую глушь.
Аскель сглотнул, но чего-то подобного он подсознательно ожидал. Но прежде чем бывший Рал открыл рот, Ар'офа прервал Николай, выставив руку.
— Подожди, не нужно так резко. Аскель, я такого же мнения, тебе лучше уйти из жизни моей дочери. И да, я помню, что я тебе обещал, но ты своим поступком перешёл все границы. Подожди, Аскель, не переживай, мы тебя отпускаем не с пустыми руками. Двадцать тысяч золотых, этого хватит, чтоб купить свой титул и даже довольно большой участок земли, даже на наёмников останется.
Крыть было нечем.
