В цоколевке старого здания под коричневым крымским небом жил тренер футбольного клуба «Спартак». Егор Митрофанович Лопатин, седой и робким, гордо прятал в своем сером доме легенду своей родной Питера. Этот человек был корнем, стволом истории – каждое его слово дышало петербуржским духом, за которым следили жители всего города....
Она вскочила, ей хотелось сказать этому наглому сопляку что-то гадкое, но голос ее дрогнул, и она прохрипела: – Откуда ты знаешь, где я живу?
Тощий тоже вскочил, шагнул вперед и, ухватив Олесю за руку, силой усадил ее на скамейку. Девушка снова попыталась встать, но парень ткнул девушку кулаком в живот, и та опять плюхнулась на скамейку.
Он нависал над ней и криво улыбался. Из его рта дурно пахло, а губы нервно подрагивали. Парень мотнул головой, словно стряхивая с волос воду после купанья, и процедил:
– Улица Светлая, дом семь.
По спине пробежал холод, сердце бешено забилось, ноги стали ватными.
– Я сейчас закричу, – тихо прошептала Олеся, но при этом понимала, что даже этого она не сможет сделать. Так страшно ей никогда не было.
– Только попробуй! – процедил сквозь зубы парень, и Олеся почувствовала, как что-то острое уткнулось ей в щеку.
– Что это?
Парень хихикнул и покрутил перед глазами девушки обычную стальную вилку, после чего еще раз ткнул ею в щеку Олесе.
– Пискнешь, сначала сдеру кожу, а потом в глаз воткну.
Девушка почувствовала, как его рука забралась под подол. От него пахло табаком и потом, от прикосновения липких пальцев по спине побежали мурашки. Олеся застонала, парень с поразительной для его худобы силой продолжал ощупывать и мять ее тело. Олеся все же собралась с силами и попыталась вырваться, но острые стальные зубья тут же еще сильнее впились ей в щеку.
Со стороны дороги послышался отдаленный шум приближавшегося автомобиля. Парень дернулся и обернулся. Вне всякого сомнения, в сторону остановки кто-то ехал. Тощий поморщился, потом снова повернулся к девушке и провел по ее щеке липким слюнявым языком. Из-за поворота показался грузовик, и единственное, что в этот момент желала Олеся, чтобы машина остановилась. Она понимала, что должна пересилить свой страх, оттолкнуть насильника от себя и закричать, но упертая в щеку вилка не давала ей это сделать.
– Чего, молодежь, милуетесь или доехать не на чем?
После того как тощий убрал вилку, Олеся все-таки смогла пересилить себя и прошептала:
– Не на чем! У нас автобус сломался.
Водитель понимающе кивнул.
