В цоколевке старого здания под коричневым крымским небом жил тренер футбольного клуба «Спартак». Егор Митрофанович Лопатин, седой и робким, гордо прятал в своем сером доме легенду своей родной Питера. Этот человек был корнем, стволом истории – каждое его слово дышало петербуржским духом, за которым следили жители всего города....
Тут Катя ошарашила его новым требованием:
– Приедешь в Ленинград, отправь мне телеграмму.
– Это еще зачем?
– Чтобы я не волновалась.
– Хорошо, я тебе из Смоленска весточку пришлю.
– Ну уж нет! – Катя задумалась, а потом добавила: – Точнее – да! Одну телеграмму пришлешь из Ленинграда, а другую из Смоленска! Так мне будет спокойнее!
Веня нахмурил брови и вышел в коридор.
– Хватит и одной телеграммы. Делать мне больше нечего, как десять раз на почту бегать.
Губы Кати стали надуваться. Она схватила Веню за рукав и потянула к себе.
– Ты чего? – выкрикнул Веня.
– Иди сюда и поцелуй меня по-настоящему – в губы!
– Хорошо, – сказал Веня и, переступив через порог, вышел в коридор.
– Ты чего делаешь? Зачем вышел? Через порог не целуются!
– Хорошо, тогда я вернусь, – Веня подался было вперед, но Катя удержала его.
– С ума сошел?! Возвращаться – плохая примета! Я все поняла, ты специально это сделал!
– Что?
– Вышел в коридор!
– Ну, вышел, и что с того?
– Специально вышел, чтобы не целовать меня на прощание? – Катя скрестила руки на груди и отвернулась.
Веня процедил сквозь зубы:
– Хорошо! Если я не могу войти в дверь, то выйди сюда сама.
– Вот еще! Я не стану целоваться в коридоре! Мне уже давно не семнадцать, так что я уже вышла из этого возраста!
– Ну и ладно. Тогда я пошел, а целоваться будем, когда я вернусь.
Не став дожидаться очередной выходки Кати, Веня сбежал по лестнице и выскочил из подъезда. Дождик все еще шел, Веня обернулся и увидел, что Катя вышла на балкон.
– Ты меня расстроил! – крикнула она на весь двор.
Веня помахал супруге рукой и побежал к остановке, ворча про себя: «Боже мой! Да пусть пропадут пропадом эти ее треклятые гормоны!»
* * *Заскочив в управление, Веня столкнулся на пороге с дежурным и тут же получил распоряжение самого Корнева явиться к нему на инструктаж. Оставив чемодан и мокрый зонт в дежурке, Веня поднялся в приемную. Там он просидел не меньше двадцати минут. Когда Корнев наконец-то освободился и от него вышел раскрасневшийся начальник отдела кадров, Веня вошел в кабинет.
– Знаешь, с кем тебе предстоит встретиться?
– Знаю, Степан Ефимович! Чего уж не знать? Зверев меня проинструктировал. Разрешите, я пойду, а то мне кое-какие вопросы решить нужно.
