На чистом кухонном столе Кирила лежали грубо скомканые бумаги, отражающие его недовольство. Сердце колотилось так сильно, что он боялся, что каждый удар слышат соседи — и это только усиливало его злость. Взяв чернильницу, Кирила охватил пылесосившийся желание встать и поделиться своими мыслями с кем-то, но в комнате было слишком тихо.
Простили бы многие, ещё и жили бы спокойно после этого, вполне бескорыстно любя его и не отравляя общее существование обоим…
Вытерла едкие солёные слёзы, отступая на шаг от клумбы и любуясь результатом — аккуратными кустиками цветущих многолетников, папоротников, хост, карликовых туй, роз и лилий… Конечно, жиденько всё и не так красиво, как могло бы быть, но хотя бы более-менее аккуратно…
Наверное, если бы в тот злополучный день я дала возможность Кириллу самому приготовить себе кофе, он бы даже не рассердился на меня, просто налил бы в чашку кипятка и сел дальше работать, забыв о моём паршивом настроении… Мы бы не поругались, я бы не ушла из дома, мы бы не развелись…
Интересно, над чем Кирилл сейчас работает? Порыться в его столе в гостиной, где всегда хранятся копии действующего проекта? Впрочем, не хочу — мало ли что я там найду… Лучше спать спокойно.
От вида ухоженной клумбы стало действительно легче. Если бы ещё кот не нагадил в неё, то совсем было бы отлично…
Повесила на улице очередную стирку, сняла то, что высохло под жарким солнышком, вернулась в дом. Прошла в ванную, игнорируя расчёску, лежащую на машинке… Где, интересно, мои тапки, чёрт возьми?! Не этой же он их дал поносить…
Залезла в душ, с удовольствием включила радио и гидромассаж — в кабинке в задней части дома такие мелочи отсутствуют, а иногда очень хочется… Полотенца чистые тут есть, а вот шампунь я свой не взяла, опять мужским голову мыть придётся…
После мытья выдвинула нижний ящик комода — фен на месте, мои станки тоже… Долго сушила волосы на минимальном режиме, разглядывая себя в зеркале. Вот что значит пара месяцев совсем без физических упражнений в этом возрасте — вроде похудела, но выгляжу, кажется, на все пятьдесят… Самое страшное — волосы седые появились… Про руки вообще молчу. А глубокие фиолетовые впадины под глазами совсем отвратительны… Меня теперь в относительный порядок хотя бы по мелочи приводить только целый день надо — стрижка, окрашивание волос, маникюр, педикюр тоже хочется, можно на обёртывания ещё сходить, и коррекцию бровей давно надо делать… И вот так я хочу понравится Кириллу?! М-да уж… Если только в полной темноте и желательно с закрытыми глазами…
Ещё надо позвонить Алиске и рассказать о том, что я поживу пока дома…
Алиска почему-то не удивилась моему признанию. Только протяжно вздохнула и сказала ""ясно"". Не поняла, расстроилась она из-за этого или обрадовалась… Но уточнять не стала.
Перевела разговор на её здоровье и условия больницы.
