Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
Но, может быть, ты настолько привык к тому, что девушки влюбляются в тебя, что просто этого не замечаешь.
— Ну, на самом деле я уже давно забыл, как это бывает, потому что все они влюбляются в Суонтона, — усмехнулся Лисберн. — К моему величайшему разочарованию.
Леони подняла на него глаза.
— Мне отвезти тебя домой? — спросил он.
Она смотрела на него с каким-то комическим выражением.
Лисберн нашел бы это все чрезвычайно смешным, если бы самообладание не стоило ему таких сил.
— Если только ты не хочешь вернуться в зал, — добавил он холодно.
Леони покачала головой.
— Нет. Мне надо сделать вид, что… О Зевс, я так кричала! Все, наверное, слышали. Мой первый выход в общество, а я устроила такой спектакль.
Она прикрыла щеки руками. Лисберн предположил, что они зарделись. Ему захотелось коснуться ее щек. Дотронуться до нее, и не только в этом месте. Но он страдал от отчаяния, а не от недостатка ума.
— Из-за музыки и болтовни никто нас не услышал. Тем более что разговоры становятся громче по мере приема горячительного.
Леони отняла руки от щек.
— «Модный дом Нуаро» тут рядом, за углом. Мы можем дойти пешком.
— В этих туфлях? — спросил он. — Полкэр меня убьет.
Она посмотрела на его лакированные бальные туфли.
— Я могу дойти одна.
— Только не в этом платье, — возразил Лисберн. — Но не переживай. К дьяволу туфли! Я тебя отнесу.
— Ты меня… О! Лисберн! — воскликнула Леони, когда он подхватил ее на руки.
— Тихо! Ты только что разрушила все мои надежды и мечты. Если будешь так любезна и останешься грациозной, пока я тебя несу, то мне удастся побороть в себе жгучее желание кинуть тебя в декоративный бассейн лорда Уорфорда.
* * *Последний раз, когда он на руках нес ее до магазина, ему это не показалось трудным. Карманной Венерой ее, конечно, нельзя было назвать, но Саймон был сильнее, чем казался. В любом случае он бы донес ее до Луны, если бы потребовалось. Но это не требовалось.
— Лисберн, ты пьян? — забеспокоилась Леони. — Магазин в другой стороне.
— Но стоянка наемных карет в этой стороне.
— О, я, оказывается, слишком тяжелая для тебя? — съязвила она. — Поставь меня сейчас же, я пойду своими ногами.
— Нет. — Ответ был короток.
Возникла напряженная пауза.
— Куда ты меня тащишь?
— Домой.
— Но он в нескольких шагах вверх по улице.
