Автор
Виктория Андреевна с благодарностью принимает громадный букет подсолнухов, вызывая восхищенные взгляды пассажиров. Ей не хватает энергии, но радостные аромат и впечатляющий объем цветка делают ее моментально здоровой и умиротворенной.
— Дааа?! — хватаюсь за ручки кресла, кажется я сейчас рухну на пол от шока.
— Да, Виктория. И это не командировка. Ты там мне нужна постоянно. Я понимаю, что тут налажен быт, школа дочери, твоя квартира. Но все траты, включая жилье на новом месте, я беру на себя, — он сильно напряжен, желваки ходуном ходят."
"Интересно почему? Если я не соглашусь, он спокойно может найти другую кандидатуру.
— Почему я? — заглядываю в непроницаемую бездну черных глаз.
— Считай это повышением. Ты его заслужила. Ты уже давно переросла свою нынешнюю должность.
— В этом я не сомневаюсь. Жадность вам не свойственна, — только сейчас позволяю себе расслабленно улыбнуться.
Карим и не представляет, что для меня сделал сейчас.
— Понимаю. Тебе надо подумать. Учти, времени в обрез.
— Я согласна, — выпаливаю, словно с обрыва прыгаю.
— Серьезно? — у него зрачки расширяются. Трет подбородок, покрытый короткой ухоженной, черной бородой.
— Так точно, шеф!
— О чем ты хотела поговорить? — откидывается на спинку кресла.
— Уже нет смысла. Потому как сама переезжать хотела. И думала, если вакансию в другом городе мне не подберете, то придется уволиться.
— Я когда-то отказывал? — выгибает дугой смоляную бровь.
— Попытка номер три, — из груди вырывается нервный смешок.
Я пыталась забыть Дениса. Два раза Карим переводил меня в другие города. Первый раз, еще до рождения ребенка. Я уехала, когда еще не был заметен живот. Не сказала Денису, что он станет отцом.
Он приехал сам. Именно в тот момент, когда я рожала.
Денис пришел ко мне, лишь только я отошла от родов.
Глаза влажные. Его трясет. Неотрывно смотрит на дочь.
— Агата… Агаточка… сокровище… — шепчет, сжимая спинку кровати так, что белеют костяшки пальцев.
— Что? — тут наша система дала сбой. Не сразу его поняла.
— Мы так назовем нашу дочь, — берет малышку на руки, так бережно, аккуратно, а взгляд… мне никогда его не забыть.
— Это моя дочь! Ты к ней не имеешь никакого отношения! — попыталась сказать твердо.
— Наша Агаточка. Мы стали родителями, — столько нежности в каждом слове.
— Денис, езжай домой. Тебя там жена ждет, — отвернулась, закрыла глаза. Не позволила ни одной слезинке скатиться по щеке.
— Не могу без тебя. Без вас. Пробовал. Задыхаюсь. Сдыхаю. Вик, ты моя жизнь. Мое солнце. Без тебя я блуждаю во мраке.
Я тогда ничего не ответила.
