В Москве в зимнюю ночь улицы напоминают картину из иконы: рябь плещущего снега мешается со светящимися огоньками прохожих. А вокруг — тишина, словно гигантский сон, где каждый шаг кажется последним перед переломом в судьбе. Это Образ Врага — мир полный недовольных и злодеев, где каждая встреча может стать завязкой на несчастье....
Цитрус взглянул и увидел, что на угловом диване сидит Петька Мальков. Рядом на маленьком круглом подносе коньячная рюмка, плоская, широкая, как блюдечко, ломтики лимона на тарелке и хрустальная пепельница. Почему-то от этого натюрморта Гарика затошнило так, что он испугался: сейчас вырвет прямо на персидский светлый ковер.
– Давай, Зоя Космодемьянская, выкладывай подробности, а то мы тебя действительно не поняли. – Мальков взял в ладонь плоскую рюмку, пригубил коньяк и облизнулся по-кошачьи."
"Азамат молчал, сосредоточенно ковырял во рту зубочисткой, и, казалось, этот процесс занимал его значительно больше, чем присутствие босого писателя с бледным, разбитым в кровь лицом.
– Дайте выпить мне, – прохрипел Цитрус, – выпить и покурить.
Азамат едва заметно кивнул громилам, которые стояли в дверях. Один из них не спеша подошел к столу, плеснул коньяку в рюмку, поднес ко рту Цитруса. Гарик жадно хлебнул, коньяк обжег разбитый рот.
– Развяжите руки ему, – пробасил Азамат, – пусть покурит.
От первой затяжки Гарика повело.
– Я думаю, тебя тоже подставили, Азамат, – произнес он все так же хрипло, но уже немного спокойней, – я расскажу все по порядку. Но только есть детали, которых не помню.
– Ничего, мои ребята помогут тебе вспомнить, – утешил Азамат, – давай начинай. Слушаем тебя.
– Три дня назад мне позвонила девка, представилась корреспонденткой журнала «Плейбой», сказала, что хочет взять интервью.
– Что, прямо домой к тебе пришел? – Азамат шевельнул бровями.
– Как и когда он появился, я не помню. Но он был в моей квартире. Корреспондентка сказала, что через час подъедет фотограф, но это был Карл.
– Раньше он бывал у тебя в гостях?
– Нет. Никогда. Потом, когда я проспался, никого не было. Я хреново себя чувствовал, будто меня наркотиками накачали.
– Ладно. И что вы делали втроем?
– Не помню. Туман в голове.
– Надо вспомнить, Гарик.
Цитрус заметил, как Азамат кивнул громилам, и все внутри сжалось.
