В Москве в зимнюю ночь улицы напоминают картину из иконы: рябь плещущего снега мешается со светящимися огоньками прохожих. А вокруг — тишина, словно гигантский сон, где каждый шаг кажется последним перед переломом в судьбе. Это Образ Врага — мир полный недовольных и злодеев, где каждая встреча может стать завязкой на несчастье....
Она не успела удивиться, что вместо гудка в трубке послышался щелчок и ей сразу ответили. Обычно в районную поликлинику, в «вызов на дом», приходится дозваниваться не меньше получаса. Там всегда занято.
– Будет доктор в первой половине дня, – заверил ее вежливый мужской голос вместо обычного ворчливого, старушечьего.
Но этому Алиса не придала значения. Она знала, что иногда в регистратуру детской поликлиники сажают студентов-практикантов. На Харитонова она не взглянула, молча отстранила его рукой, ушла в Максимкину комнату и закрыла за собой дверь.
Он тут же ворвался вслед за ней.
– Кто вам звонил?
– Не надо орать, – поморщилась Алиса, – ребенка разбудите.
Но Максимка уже проснулся. Он открыл глаза, резко сел на кровати, растерянно, испуганно уставился на Харитонова.
– Мамочка, я заболел. Горло болит. А который час?
– Доброе утро, малыш. – Алиса поцеловала его, поставила градусник. – Ты лежи, не вскакивай. Сейчас померим температуру, потом я тебе чайку принесу.
– Мам, почему он еще здесь? – шепотом спросил ребенок.
– Да. Ты не обращай на него внимания, – прошептала в ответ Алиса.
– Вы можете мне ответить, кто звонил? – Харитонов повысил голос, он явно нервничал.
– Вы же все слышали, – повернулась к нему Алиса, – звонили по поводу тараканов. Я договаривалась еще до отъезда.
– С кем конкретно вы договаривались? Как называется фирма?
– Это не фирма, это мой знакомый, который подрабатывает таким образом.
– У вас нет никаких тараканов. – Харитонов сунул руки в карманы брюк, и у Алисы больно стукнуло сердце.
– Да что вы, у нас полно тараканов. Просто они вылезают в темноте. Как только зажигается свет, они прячутся. – Алиса посмотрела на градусник. У Максимки было тридцать семь и пять. Он обнял Алису за шею, притянул к себе и прошептал на ухо:
– Мам, пусть он уйдет, я его боюсь.
Харитонов услышал и, растянув губы в улыбке, произнес противным приторным голосом:
– Максим, неужели я такой страшный? Ты уж прости, приятель, мне придется еще немного побыть у вас в гостях.
– Зачем? – хмуро уставился на него Максим. – Разве мы вас приглашали?
– Нет. Не приглашали. Работа у меня такая. – Валерий Павлович вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
* * *– Почему вы считаете, профессор, что у террористки нет второго контейнера? – Вопрос этот задавался уже в десятый раз, но Бренер отвечал спокойно и терпеливо:
– Образец, который она держала в руках, представлял собой опытный экземпляр.
