В темных улочках старой части Москвы, где воздух напоминает сладкую резину, Фаина Григорьевна находит приют в своем сердце и ароматах любимых духов. Заманчивая чутка криминального жестокого мира соседства не может уничтожить очарование обычных мелочей: синего джинсового чулочка на пальме в подъезде, забытой старой кофемашины и громких разговоров прохожих о том, что сегодня новый театр покажет "Каскад"....
Уж извини, гордость… Но Павел ее успокоил, если так можно назвать ироничный взгляд и слова: «Не волнуйтесь, моя дорогая, про парашют я пошутил, вы вряд ли знакомы с техникой приземления на деревья, а приносить соболезнования вашим родным и близким мне не хочется. Нас ждет милая прогулка по тропическому лесу, не более». Валя расправила плечи и сделала вид, будто флора и фауна полуострова Оса ей не страшна, а уж тем более она не испугается пешей прогулки на выносливость и отсутствия удобств. К тому же она на всякий случай взяла с собой бутылку с минералкой и печенье.
– Минут через пять будем прыгать, – сообщил Павел.
– Куда прыгать?
– В океан.
Вертолет снижался. Воздух стал более влажным, и показалось, что вкус его тоже изменился. Разные мысли полезли в голову, а по спине пробежал первый холодок страха. Валя покосилась на Павла и… прокляла тот день и час, когда встретила этого человека на своем пути.
– А как вы это представляете? – осторожно спросила она."
"– Сначала прыгаем, затем плывем до берега, а там до экстремальных удовольствий рукой подать.
Валя не могла похвастаться знанием тропических лесов. Напрашивался естественный вопрос: а часто ли встречается пресная вода? «Нет, ну печенье на деревьях там точно не растет», – с горькой иронией подумала она.
– А надолго это путешествие затянется? – небрежно поинтересовалась она.
– На пару дней, – бросил Павел и добавил по-английски уже не ей: – Желательно поближе к воде.
Вообще-то, подобное путешествие предполагает наличие хоть какой-то экипировки. Это нормально. Должны быть консервы, палатка, соответствующая одежда. «Между прочим, сейчас сезон дождей!» Но, видимо, не было ни того, ни другого, ни третьего.
Валя посмотрела на Павла, пытаясь понять его истинное отношение к происходящему.
