Автор
В тени укромной галереи пламя каминного огня создает мягкий шлейф света. Теплая рука мужчины расстегивает пуговицы рубашки, и кожа сразу вздрагивает от свежего воздуха. Глубокие муки начинаются в полной темноте, когда дрожь острого удовольствия превращается в непередаваемое экстазе....
Мотаю головой, а сама пялюсь Андрею ниже пряжки ремня.
— Правильно, Таня, — хвалит меня босс. — За все хорошие дела положено вознаграждение. Ты сегодня меня порадовала так порадовала.
— Это вам подарок. С Днем рождения и наступающим, — сиплю я, глядя на то, как эта гора мышц ко мне приближается. Я пячусь, пока попка не упирается в спинку кресла. Сама понимаю, что это бессмысленные телодвижения, в этом закутке мне от Андрея деться некуда, но по-другому не могу.
И ничего-то в облике генерального я больше от богатыря не вижу.
Это чисто падший ангел, ставший демоном-искусителем.
И реакция у меня на него совершенно соответствующая.
И во рту вкус его члена, и киска все еще мокрая, а босс все ближе. Мягкие плавные, почти звериные шаги, рельефные мускулы, перекатывающиеся под кожей, непреклонный взгляд, на дне которого отчетливо читается, что мне кранты.
— Мне пора домой, — выдавливаю я, когда Андрей зажимает меня у кресла, и его рука по-хозяйски ложится мне на грудь."
"— Ну не могу же я отпустить тебя, не отплатив за добро, — вторая рука устраивается на моем бедре.
Ладонь от груди скользит вверх и ложится на горло, слегка придушивая и вынуждая меня задрать подбородок и посмотреть в глаза генеральному.
— Не нужны мне деньги, — шепчу я.
— Хорошая девочка, — серьезно кивает босс и резко разворачивает меня к себе спиной. Покачнувшись, я выставляю руки и опираюсь на спинку кресла.
Левая рука Андрея все еще на моем горле, а правая одним движением задирает подол и забирается в запретную зону.
— Ах… — это весь протест, на который я способна, когда грубая подушечка раздвигает срамные губы. Пальцы босса покрыты моей смазкой и двигаются абсолютно беспрепятственно, скользя вверх и вниз.
— Правила те же, Таня. Стонать и не возражать. Сейчас потренируемся.
С этими словами Андрей с нажимом проводит между складочек в поисках моей горошинки. Короткий стон быстро ему подсказывает, где секретное местечко.
В глазах темнеет, когда генеральный приступает к вынесению благодарности.
Он терзает меня, дразня клитор, поддевая капюшончик, пощипывая набрякшие губки. Дополнительным волнующим фактором работает бугор в его джинсах, упирающийся мне в попку.
— Золотой работник, — признает мои достоинства босс, оставляя влажную дорожку из поцелуев на моей шее. — Очень отзывчивый.
Не то слово. Просто горю на службе.
