Автор
В тени укромной галереи пламя каминного огня создает мягкий шлейф света. Теплая рука мужчины расстегивает пуговицы рубашки, и кожа сразу вздрагивает от свежего воздуха. Глубокие муки начинаются в полной темноте, когда дрожь острого удовольствия превращается в непередаваемое экстазе....
— Да отпустите меня, — дергаюсь я, пытаясь натянуть свитер, который задирается все выше, потому что Андрей все еще держит меня за шкирку.
— Ну уж нет…
— Сейчас у меня выходной, и задерживать меня вы права не имеете! — вспоминаю я свои немногочисленные правишки с точки зрения трудового законодательства. — У меня полно дел!
Ну прям что ты! Клара Цеткин! Сама офигиваю от собственной храбрости.
Вот что с людьми делает трезвость и уже пережитый оргазм.
— У меня тоже было полно дел! Но я притащился сюда.
— Я не виновата, что вы решили скататься на работу! — начинаю я бодро, но под конец фразы сдуваюсь, потому что попкой чувствую, что Андрей прижимается ко мне э… пахом. И судя по всему, вчерашние аргументы биг-босса таки еще имеют силу.
Я пораженно замираю, чем вызываю у Градова одобрение.
— Я смотрю, есть позы, в которых с тобой можно вести диалог, Танюша.
Я прислушиваюсь к себе и в ужасе понимаю, что организм начинает готовиться к беседе. Запах Андрея, его голос, его приказной тон напрочь ассоциируются у меня с запретным удовольствием.
Не то чтобы я вот прям голову теряю, но если что, коварное тело готово расслабиться и получить удовольствие. Осознание самого факта своей распущенности только добавляет перчинки в нотку возбуждения, блуждающую у меня внизу живота.
— Раз ты у нас такая деловая, — крупная ладонь оглаживает мое бедро.
Я не сразу понимаю, о чем говорит Градов, потому что его рука забирается под свитерок и уверенно накрывает мою левую изрядно взволнованную этим фактом грудь.
А вот когда до меня доходит…
Я вскипаю:
— Да что вы себе позволяете! — вырываюсь я из тисков Андрея. — Если у меня секса давно не было, это не значит, что я с любым готова! Ничего мне от вас не надо! Да я бы с вами на трезвую голову никогда! А вы! Вы же поняли, что я не эта самая, и все равно!
Моя сумбурная речь явно производит впечатление.
Выражение лица Градова становится интересным.
— Ничего себе ты оголодала, — недоверчиво произносит он.
Ну это уже вообще ни в какие ворота не лезет!
— Это все крепкий алкоголь, и голос этот ваш. Не надо выставлять меня шлюхой… — в запале я уже начинаю наскакивать на Андрея.
