Автор
В Грейсе и мужчине происходит борьба желаний — он страстно просит ее, а она сдерживается. В воздухе висит нервное напряжение, словно украдкой готовится сексуальный инцидент. Но Грейс сохраняет спокойствие, не поддаваясь на провокации и давление его взглядов.
Мое дыхание стало неровным и поверхностным. Положившись на его волю, я полностью отдавала себя ему. Я бы и хотела удержать еще недавно кипевшую злость во мне, но иные чувства и эмоции выталкивали ее из меня, завладевая телом и разумом.
Я чувствовала его возбуждение, доказательство которого упиралось мне в поясницу. В порыве желания коснуться его руками, я сжала ладони в кулаки, впивая ногти в кожу.
– Ты была такой дерзкой, Грейс, – опаляя мою кожу горячим дыханием, негромко протянул Адам. – Я обязан наказать тебя, ведь ты заслужила.
Одной ладонью он обхватил меня за горло и легонько сжал.
Мое дыхание сбилось. О чем он говорит? Когда это я флиртовала с его друзьями? Или обычная вежливость тоже в списке запрещенных действий?
– Этого нельзя делать, Грейс. – Его рука легла на мои губы, и они непроизвольно раскрылись. Указательный палец скользнул внутрь моего рта, и движимая инстинктом, я облизнула его, прикусив подушечку.
Сквозь зубы Адама вырвалось шипение.
– Из-за тебя у меня возникло разногласие с Джейсом, а это не хорошо, Грейс. Мне пришлось объяснить своему другу, что право на твою маленькую киску имею только я.
Мои щеки, горевшие и так, стали макового цвета от его непристойностей.
– Я не флиртовала с…, – решив, что должна объясниться, начала я, но Адам оборвал меня.
– Тсс. Я не хочу слышать оправданий, Грейс.
Спорить с ним сейчас было не самым правильным решением, потому я благоразумно прикусила язык. К тому же, мои мысли путались от охватившего тело сексуального возбуждения, так что не думаю, что мне удалось бы связно сказать хоть пару предложений.
Неожиданно Адам переместился и, встав передо мной, поднял меня на руки, поддерживая под ягодицы. Я перекрестила ноги, обхватив его ими за пояс, пока он нес меня куда-то.
Не в состоянии видеть; не зная, куда он несет меня, я запаниковала.
Наконец, мы остановились и, отперев дверь, он занес меня в какую-то комнату. Сделав еще несколько шагов, он поставил меня на ноги, и мои икры уперлись в кровать.
Мы были в спальне? Если это спальня, то чья, Адама, или просто гостевая? Мне стало любопытно взглянуть на место, где спал этот мужчина. Место, где он был наиболее уязвим, если такое вообще можно было представить.
– Повернись, – не повышая тона, сказал Адам, и я послушно развернулась.
Его пальцы ловко расстегнули застежку моего бюстгальтера и спустили лямки с плеч. Оказавшись практически голой, я ощутила внезапную уязвимость.
