В мирном городе Дронго, где время медленно течет как ручей по листу бумаги, телефонный звонок выдергивает из сладкого сна Дронго. Он просыпается к парадоксальным иллюзиям Борхеса в новом издании "Левтраков", и мир вокруг снова становится по-иному, каким он никогда не был....
Он вошел осторожно, уже зная об исчезновении девочки и чувствуя себя несколько виноватым. Ведь именно он в свое время рекомендовал Елизавету Матвеевну для работы в доме.
— Явился, — недобро усмехнулся Халупович, глядя на водителя, — ну что, Михаил, влипли мы с тобой в историю.
Водитель молчал.
— Куда она могла убежать? — спросил Эдуард Леонидович.
— Наверное, домой, — пожал плечами Миша.
— Нет, — возразил Халупович, — ее ключи от дома остались у нас.
— Тогда не знаю.
— Может, у нее есть родственники в Москве и она поехала к ним?
— Не знаю… У них, кажется, была родственница.
— Чья двоюродная сестра? — нетерпеливо уточнил Халупович.
— То ли матери, то ли бабки. Точно не знаю. Но она живет где-то далеко. Елизавета Матвеевна однажды сказала, что добирается до своей родственницы часа два. Очень далеко. Но где именно, я не знаю.
— А фамилию сестры тоже не знаешь?
— Нет, не знаю, — виновато ответил Миша. — Может, мне в школу съездить, где Таня учится? Может быть, там кто-то знает, где живет ее родственница.
— Ты еще в милицию заявление напиши, чтобы все знали о пропаже девочки, — прошипел Халупович. — И мою фамилию заодно укажи. Чтобы все знали, кто именно виноват в ее пропаже. Он мне еще такие советы дает! Куда она могла сбежать — вот что меня интересует.
— Не знаю, — выдавил Миша, — может, она еще здесь, в здании?
— Уходи, — махнул рукой Халупович, — и позови ко мне Нину.
Миша, виновато опустив голову, вышел из кабинета.
— Садись, Нина, — сказал Халупович, указывая на стул, стоявший рядом с его столом.
Она присела на краешек стула, ожидая вопросов.
— Подробно расскажи, что было вчера с девочкой, — попросил Эдуард Леонидович, — о чем ты говорила с Таней? Может ты сказала, что бабушка умерла, и она решила сбежать?
— Нет.
