В узком ряду металлических гаражей, отделенных от обширного пустыря школьными заборами, жил Романков. В чехле на поясе подал голос его мобильник — знак того, что пришла необходимая связь. Не спеша вырулил и остановился перед воротами одного из гаражей, уставившись на внезапно напоминающий дома чертёж....
Анатолий своего добился. Он даже не использовал заранее приготовленные фразы, не назвал Ваху с издевкой «сынком», чтобы перевозбудить, а Ваха уже созрел. Он не отступил, напротив, он к Анатолию шагнул и прикладом замахнулся, не желая ударить, хотел только пригрозить..."
"Лучшего момента и пожелать было нельзя. Именно этого и добивался Анатолий, на этом строил свой расчет. И – никаких резких движений, предупреждающих об атаке! – плавно, почти лениво, словно он почесаться надумал, рука скользнула к рукаву, зажала острую щепку, и только после этого движения стали быстрыми.
Анатолий подобрал автомат, проверил, дослан ли патрон в патронник, и после этого обыскал карманы Вахи. Ключи от машины нашел сразу. Но ключей от замка на цепях у Вахи не было. Впрочем, эти ключи уже и не были нужны. Анатолий приставил автомат к цепи и перестрелил ее одиночным выстрелом. Два движения, и путы спали. Теперь – к машине и – домой...
Свободен...
Анатолий не подозревал, сколько ярости вызовет в младших братьях Вахи его появление из сарая с автоматом в руках.
Он не выстрелил... Он не стал убивать безоружных мальчишек, которые полгода издевались над ним. Но ударил... Ногой, рукой, прикладом... И только после этого пошел, а не побежал к машине...
Там лежал еще один автомат со сдвоенным рожком, прикрученным широким медицинским пластырем. Теперь в распоряжении беглеца целый арсенал. Поискав в карманчике матерчатого чехла сиденья, Анатолий нашел нож и две гранаты.
Машина завелась легко, легко включилась сначала первая, потом вторая скорость, но третья включаться никак не хотела, коробка передач скрипела и визжала, и Анатолий вынужден был разогнать машину на второй скорости и сразу перейти на четвертую.
