В узком ряду металлических гаражей, отделенных от обширного пустыря школьными заборами, жил Романков. В чехле на поясе подал голос его мобильник — знак того, что пришла необходимая связь. Не спеша вырулил и остановился перед воротами одного из гаражей, уставившись на внезапно напоминающий дома чертёж....
Обычно в воскресенье она никуда, кроме базара, не выходит. С базара пора было бы и вернуться, скоро, наверное, вернется. Тогда и придется что-то объяснять. После происшествия с машиной объяснять придется обязательно."
"Нагулявшись вдоволь, Ерема сам первым увидел хозяйку. Она шла от базара с двумя тяжелыми пакетами. Радостный лай собаки и Виктора Васильевича заставил обернуться.
Поднявшись в квартиру, Виктор Васильевич сначала позволил полковнику милиции разобрать пакеты с продуктами, а сам стал звонить Анне Ярославне.
– У вас новости есть? Что-то получается? – прозвучал естественный вопрос, но голос, которым вопрос произносился, был не совсем естественным – напряженный, тревожный. Понять состояние матери не сложно...
– Не очень получается, но новости есть, и хорошие, – сразу постарался Виктор Васильевич создать хорошее настроение несчастной женщине. – Мне из ГРУ сообщили, что они тоже ведут поиск, и уже сегодня, может быть, будет результат.
– Неужели... – Больше Анна Ярославна ничего сказать не могла. Должно быть, радостное волнение вызвало спазм в горле.
– Я поспешил поделиться надеждой, хотя обязан предупредить, что там может оказаться другой человек... – На всякий случай Виктор Васильевич обязан был сказать и это. Иначе, в самом деле, случись нечто подобное, удар будет для женщины слишком сильным.
– Да, я понимаю... Пусть и другого освободят, я только рада буду...
– Как только будут сведения, я сразу позвоню вам.
– Я ночь спать не буду... Даже если ночью... Все равно звоните.
Виктор Васильевич положил трубку и пошел к жене на кухню. Она мыла хурму. Протянула ему сочный фрукт.
– Зря ты поспешил... Вдруг там не он?
– Будем надеяться, что он... А ты сегодня чуть не осталась без мужа и без собаки... Без машины мужа точно осталась.
– Что-то случилось? – Любовь Прокопьевна вопросительно подняла брови.
– Завтра в своих сводках прочитаешь.
– А сегодня я без машины никуда поехать не могу?
– На метро.
– Тогда рассказывай...
Он рассказал ей ту версию, что была занесена в следственные протоколы.
– Скрытный же ты человек... – Любовь Прокопьевна покачала головой. – Мог бы, товарищ подполковник, рассказать полковнику милиции, что работаешь на милицию...
– Я же разведчик...
