В темном и звенящем холодом мире, где каждая тень страха кажется знакомым другу, вырванный из своей уютной реальности человек пытается адаптироваться. Первый крик срывается из груди как вопль незнакомца, а затем следуют другие, все более отчетливые и знакомые. С каждым новым голосом, в голове появляется странное понимание, что он не один в этом кошмаре....
Дед после ухода гостей собрал нас с братьями на завалинке, всех баб прогнал в избу, набил трубку табаком и еще раз попросил подробно обсказать, что да как случилось.
Не тая, выложили как все было ну или почти все. Дед хмыкнул, прищурился, посмотрел с улыбкой.
— Чувствую, что не договариваешь Илюша. Давай не темни, и посмотрел своим фирменным прищуром, поправив на автомате усы.
Решил, что лучше не скрывать, да и, по правде говоря, был не уверен, что в трофеях копаться не станут, когда прятал часть, а как оказалось никто на них даже претендовать не стал.
Так я выложил деду новости про револьвер, винчестер и золото, припрятанное в дупле. Дед, крякнув, потрепал нас по волосам.
— Наша, Горская порода. Значит так, завтра с утра снесите все в дом, а то небось вы наследили там, и от греха лучше убрать, не затягивая.
— Дед, обратился второй с глазами котенка из шрека, оставьте нам добытое оружие, мы уж научимся из него стрелять и дурного не случится.
Я старался разговаривать с родными по очереди от имени всех братьев, но иногда забывался, и выходило что второй и третий чаще молчали, ведь вопросы и ответы проходили через одну голову. Но чтобы не вызывать подозрений, пытался чередовать. Хотя Никиту и Лешу похоже считали молчунами. Да ладно переживем.
Утром проснувшись, наскоро выпив по стакану молока с куском хлеба, мы побежали к тайнику. Дорога в 8 верст заняла у нас примерно полтора часа.
Чтобы не смущать станичников оружием, не стали бежать напрямки, а сделали крюк, подбежав к плетню нашего двора со стороны леса. Дома показали деду трофеи, и он их прибрал в сундук.
Единственное решил оставить заначку из золотых червонцев, припрятав их в срубе бани.
Умылись и сели за стол, как раз когда к воротам подъехали два казака.
До хутора Санькиных родителей на выселках добрались быстро, она была в двух верстах от большого камня. Когда ехали мимо места убийства, Санька всплакнула и уткнулась в грудь матери.
