Автор
Елисей быстро огляделся: комната выделялась только для него. Его рука задела повязку на ссадине в боку, заставив его еле слышно завыть от боли. Такое уже происходило не раз и сейчас казалось чем-то особо опасным, хотя он постарался скрыть тревогу.
А чего от тебя маменька хочет? – резко сменил он тему.
– Поначалу только пугала, что на Кавказе людей воруют да убивают, а после стала про какого-то барона рассказывать. Да только я и слушать не стала. Неинтересен он мне был.
– А сейчас-то чего ей не так? – не понял Елисей.
– Хочет, чтобы я ехать с тобой отказалась. Сказала, что через год можно будет на высочайшее имя прошение подать и развода просить. А там и снова замуж. За другого, – смутившись, еле слышно поведала девушка.
– Хрена ей лысого, а не развод, – зло прошипел парень.
"Крутившаяся неподалеку княгиня то и дело бросала на молодых быстрые, внимательные взгляды. Отметив про себя ее внимание, Елисей хищно усмехнулся и, оглядевшись, отметил, что в зале снова начали собираться гости. Второй день свадьбы было решено гулять уже в имении княжича Буачидзе. Гости еще не успели как следует выпить, так что задуманная Елисеем акция не могла пройти не замеченной.
Нанятые им горничные, под руководством Ирины, уже вовсю прибирались в их спальне.
Едва заметив горничную с корзиной и то, что из нее торчало, собравшиеся дружно замолчали, удивленно переглядываясь. Елисей только ехидно усмехнулся, глядя на их несколько растерянные физиономии.
Князь Дато, заметив их переглядки, только лукаво усмехнулся и, подмигнув Елисею, поднялся. Произнеся длинный витиеватый тост, он лихо опрокинул рог вина и потребовал музыки. Наталья, внимательно наблюдавшая за всем этим действом, тихо вздохнула и, повернувшись к мужу, еле слышно произнесла:
– Спаси Христос, Елисей.
– Наталья, нам надо поговорить, – подскочив к ним, безапелляционно потребовала княгиня.
– Говорите, маменька. У меня от мужа секретов нет, – вежливо улыбнулась девушка, даже не делая попытки подняться.
– Что ж. Ты сама так решила, – зловеще прошипела княгиня Тарханова. – Значит, когда тебя похитили, те люди тебя не тронули? – спросила она, даже не пытаясь понизить голос.
