На тихоходных дромах, увешанных пожитками. Рулоф стоял, облокотившись на каменный забор, и смотрел на возвращавшихся крепостных прелата Гудрофа. Что забыли они здесь? Не неволю и клочок земли, с которой господин взимал урожай? Почему не остались они среди прибрежных кочевников и как бы поступил он сам в их ситуации? Так получилось......
– На окровавленном лице Руммеля появилась улыбка. – Когда я работаю в мастерской, он приходит мне помогать – подносит стружку. Почему-то именно это кажется ему важным.
– У тебя есть его фотография?
– В машине. И его, и Анны, вмонтированная в журнальные страницы…
– Поднимайся, я хочу на них посмотреть.
– А ты не думаешь, что я мог сфальсифицировать их на всякий случай?
– Думаю. Но вероятность этого невысока.
– Невысока, – согласился Руммель, поднимаясь с пола.
– Только, прошу тебя… – Бекет недвусмысленно повел стволом пистолета.
– О чем ты, Джек? Я же понимаю, с кем имею дело.
Бекет посторонился, и Руммель вышел из туалета первым.
– Спасибо, приятель, все было очень мило, – сказал он дежурному, роль которого, без сомнения, выполнял человек Бекета.
Вместе они вышли на воздух. Никаких машин с якобы «охотниками» здесь, разумеется, не было. Лишь верный «тесс-турбо» стоял в ожидании хозяина.
– Проверять будем? – спросил Руммель.
– Не нужно, я уже все проверил. Садись.
Руммель открыл дверцу и сел за руль, невольно думая о втором пистолете, спрятанном под рулевой колонкой, однако прятать туда запасное оружие его тоже научил Бекет.
– Ты подумал про пистолет под рулевой колонкой? Его там уже нет.
– Спасибо. Ты избавил меня от части проблем.
– Доставай фотографии.
Стараясь не делать резких движений, Руммель вытащил из бардачка потрепанный журнал.
Бекет открыл дверцу и сел на заднее сиденье, передвинувшись за спинку пассажирского кресла. В сиденье позади водителя часто монтировали самострелы, позволявшие расправиться с угрожающим водителю террористом одним нажатием кнопки.
Руммель сидел не двигаясь, угадывая направление взгляда Бекета, рассматривающего при свете фонарика фотографию счастливой женщины и смеющегося малыша.
Наконец Бекет выключил фонарь, убрал его в карман, но пистолет оставил в руке.
– Какого цвета у него глаза?
– Как у тебя. Но характером он весь в меня.
– Очень может быть, – после паузы произнес Бекет. – Возможно, это не так уж плохо…
– Спасибо.
Они помолчали еще немного.
– Что теперь, хочешь увидеть Анну?
– Нет, ни к чему это. Заводи, поехали отсюда.
– Куда?
– Отель «Наполеондор».
– Ты там живешь?
– Я там выйду.
Руммель завел двигатель, и они поехали в абсолютной тишине, говорить им было не о чем. Майк старался не думать о том, чем закончится эта поездка, в конце концов, ждать развязки ему оставалось недолго.
Дорога до отеля заняла чуть менее получаса.
