Дональд Амандо оживленно перечитывал газеты, когда в комнату зашел холостяцкий мужчина в домашнем шелковом халате. Пернатого Змею обнаружили на улице с пустыми карманами и тайный советник предложил помочь найти работу. Вдруг дон Амандо заметил незнакомца, который внезапно исчез, оставив за собой только разговоры вокруг стола....
У, какой… красивый.
– Вот как? — флегматично произнесла сеньора Лючия. — Тем более стоит одеться так, чтобы он не устоял…
Если бы Лорен могла, она бы попросила мешок с дырками для рук и головы! Чтоб уж наверняка его светлости не захотелось ничего такого! Но какие красивые платья! Она до сих пор такие только в журналах видала, да на некоторый студентках из соседней академии. В их университете учились небогатые девушки, поэтому и наряды у всех были скромные. Но в этом магазине все такое изысканное и наверное жутко дорогое.
— Сеньора, — жалобно зашептала она оглядываясь на герцога.
Лючия развернулась и воззрилась на Лорен как на чудо.
— Марк, милый! — всплеснула она руками. — У тебя хватит денег чтобы рассчитаться?
Ну вот зачем она? Герцог словно повода ждал, чтобы вогнать Лорен в еще большее смущение
— Если не хватит придется сеньорите ходить нагишом, — и выждав несколько секунд добавил: — Я бы предпочел этот вариант.
Девушки продавщицы захихикали, глядя на Лорен как на дуру. Ах вот как!
— А обувь у вас есть?
— Конечно, дорогуша! — Лючия ей подмигнула, как закадычная подруга. — Уж не думаешь ли ты, что мы торгуем только кавалерийскими сапогами?
Лорен кровожадно улыбнулась, раз вашей светлости угодно одеть свою куклу, то кукле не к лицу спорить с господином.
— Сейчас подберем вечернее платье…
— Лючия, пусть примеряет то… алое, — раздался голос герцога, но сам он к счастью остался на месте.
— Алое? Это не будет слишком вызывающе? — шепотом спросила Лорен у сеньоры.
"— Очень вызывающе, моя девочка. Поэтому его примеришь первым.
Вот же слух! Как у кошки!
Спустя двадцать минут Лорен стояла напротив большого зеркала и глазам не верила. Неужели эта элегантная стройная девушка — она? Алое шелковое платье мягко струилось в пол, почти невесомое облегало грудь и талию и огненным колоколом спускалось вниз, закрывая светло серые туфли на высоком каблуке.
