Во дворец прибыла особа непонятного происхождения — Джина, и кажется, ее ждет самый тяжелый месяц в жизни. Здесь ожидают пышный прием и множество важных знакомств с принцем, а не монастырь с полным отсутствием забот о полях и полянах.
Я готова выслушать условия Берингера…
— Его величества, — поправил Аарон, наслаждаясь разъяренным видом королевы.
— Что? — зашипела она.
— Вы должны называть лорда-протектора его величеством, — спокойно пояснил наемник, — и я передам ему, что вы были очень покладисты и отзывались о нем с уважением, в противном случае он сам придет сюда, и тогда вы точно придумаете тысячу хвалебных титулов для нашего господина."
"В отчетливой тишине присутствующие услышали, как скрипнули зубы монаршей особы.
— Вы, наверно, забываете, что у меня его девчонка! — выпалила Генриетта.
— О, как раз напротив. Мы прибыли, чтобы удостовериться, что с леди Джиной прекрасно обращаются. И об условиях, которые готов предложить вам лорд-протектор, мы поговорим только после того, как пообщаемся с этой дамой.
Королева глядела на самодовольного наемника, понимая, что иного выхода у нее нет.
— Разрешаю, — бросила она сдавленно. — Лорд де Хог, распорядитесь привести Джину.
Двое стражников покинули зал, но через несколько минут вернулись один бледнее другого, и сообщили что-то старому лорду, с которого сразу схлынуло спокойствие.
— В чем дело? — напрягся и Аарон, видя, как де Хог быстрой походкой направляется к ее величеству и, спросив дозволения, шепчет ей что-то на ухо.
Взгляд Генриетты наполнялся мраком, пока она слушала неведомые слова старого лорда.
— Нам нужно время, — вдруг сказала она, заглатывая ртом воздух, будто разом разучившись дышать.
— Что-то случилось с леди эль-Берссо? — изогнул бровь наемник. — Она жива? Или, быть может, передать моему господину, что ее у вас нет?
— Не горячитесь, — примирительно ответил де Хог, видя, что королева едва сохраняет лицо, — леди Джина еще в постели. Ей нужно время, чтобы предстать перед нами.
— У вас нет ни секунды, — произнес Аарон, — видите ли, лорд-протектор человек крайне нетерпеливый. Он отвел нам ровно час, и если по истечении этого времени мы не вернемся, это будет воспринято, как отказ от сотрудничества.
Королева поднялась, выронив веер.
— Я… я сама потороплю ее… — задыхаясь, сказала она, спускаясь со ступеней.
Наемник и Кайетан переглянулись, одновременно подмечая, что творится что-то неладное.
Генриетта прошла мимо, быстро, подобно тому, как спасаются бегством. Едва двери тронного зала захлопнулись за ней, она рухнула на пол, горько рыдая.
