Героиня попадает в число претенденток на руку принца, но вместо романтичного сватовства оказывается втянута в опасную интригу. Покушение на наследника, заключение и страстная любовь к самому грозному человеку королевства кардинально меняют её судьбу. Выживание становится главной ставкой в...
Раздел Chitat.online для книги «Одна из тридцати пяти (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героиня попадает в число претенденток на руку принца, но вместо романтичного сватовства оказывается втянута в опасную интригу. Покушение на наследника, заключение и страстная любовь к самому грозному человеку королевства кардинально меняют её судьбу. Выживание становится главной ставкой в...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Алексеевна Романова Самиздат подборки серии
Героиня попадает в число претенденток на руку принца, но вместо романтичного сватовства оказывается втянута в опасную интригу. Покушение на наследника, заключение и страстная любовь к самому грозному человеку королевства кардинально меняют её судьбу. Выживание становится главной ставкой в...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Через одну леди от нее восседала Розетта, с самоуверенным достоинством разглядывающая мое платье. Брианна заняла место рядом с Эдмундом, который расположился во главе стола. Волосы у него были распущенны. Принц лениво облокачивался на локоть, подперев кулаком щеку и лукаво улыбаясь. Он, один из всех, кто чувствовал себя абсолютно расслабленно. Хотя нет…
Совершенно невозмутимо в столовую вошел Берингер и, кажется, стало еще тише, будто мы все погрузились под воду. Он скупо поприветствовал принца, нас удостоил кивком. За столом были и другие мужчины: главный королевский распорядитель, лорд Атер де Хог, личный обер-камергер его высочества, лорд Кенвуд, военный советник короля, лорд Деквуд, но никто так не приковывал к себе взгляд, как грозный, суровый Райт Берингер.
Дождавшись всех претенденток, гофмейстер повелел разносить блюда. Мы все: претендентки, лакеи и компаньонки боялись лишний раз шелохнуться. Любой звук, будь то скрежет вилки о тарелку или звон бокала, привлекал всеобщее внимание. Напряжение достигло апогея, когда принц устало вздохнул и расправил салфетку.
Невыносимо.
Если это и есть дворцовая жизнь, проще глотнуть яду. Интересно, за завтраком его подают в меню для потерявших надежду?
Тишина окружала и сдавливала, выжигала кислород в легких.
Я вскинула глаза и наткнулась на острый, как бритва, взгляд советника. Он, в отличие от меня, был способен наслаждаться пищей, что и демонстрировал. Но помимо всего: отстраненных мыслей, надменного чванства, откровенного превосходства, в его глазах читалось: «Сиди смирно, девочка. Даже не думай что-нибудь выкинуть».
Я взглянула на принца, который изредка отрывался от тарелки, чтобы удостоить ту или иную девушку короткого взгляда. Но интерес его был настолько ничтожным и пассивным, что впору бить тревогу — ни одна из девушек не могла вызвать у него даже любопытства.
— Лорд де Хог, как поживает ваш отец?
Взрыв!
Все вскинули головы, будто вынырнув на поверхность мутного озера.
Вилки замерли на полпути ко рту, челюсти перестали перемалывать пищу.
Лорд де Хог, молодой брюнет, побледнел от неожиданности.
— В добром здравии.
И теперь головы повернулись в сторону Райта, который и затеял странный разговор.
— Как вам ситуация на границе с Мейхетом?
Светская беседа, не более того. Но у всех оказалось стойкое ощущение присутствия на допросе.
— Конфликт исчерпан…
— Вам кажется? — бровь Райта изогнулась. — После завтрака я настоятельно рекомендую вам, лорд де Хог, посетить мой кабинет.
Я хорошо знала этот вкрадчивый насмешливый тон. И меня раздражало, что Берингер, черт его побери, так ловко выуживал из людей страх. И этот липкий, мерзкий страх растекся по всему залу, обволакивая каждого.
