Автор
Внутренние страсти и роковые взгляды в этой ошеломляющей книге создают атмосферу жестокости и драматизма. Когда ты начинаешь превращаться, понимаешь, как сильно тебя испытывают отношения с родными. Твое отражение становится печальным, но не менее предательным инструментом для манипуляций....
Похоже, «Однажды ты пожалеешь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Все его родственники меня терпеть не могут, хоть и улыбаются в лицо, ведь у них принято уважать выбор близких. Вот такое высокоморальное дерьмо. Они уважают и любят друг друга до оскомины.
Подхватив мою ладонь, Дан ведет меня к машине.
Глава 2
Я откидываю козырек и поправляю карандаш на губах в тех местах, где он поплыл из-за поцелуя, следом наношу помаду.
— Не стоит, — с привычным ленивым весельем советует Данияр. — Я скоро тебя опять поцелую.
— Я против.
— Злюка…
Его ладонь ложится на мою коленку и гладит.
Особенность его ладоней — они чуть шершавые. Сначала мне это не очень понравилось, а потом эта несовершенная текстура стала для меня чем-то очень узнаваемым. А затем как-то незаметно перестала быть несовершенной и стала особенной.
Я никогда не скажу ему об этом. Я не делаю ему комплименты.
Не хочу этого — этой близости, уважения. Я не собираюсь становиться для него идеальной. Он понял это давным-давно, и я с удовольствием об этом напоминаю. Даже сейчас, когда умышленно закидываю ногу на ногу, чтобы сбросить тяжелую ладонь со своей коленки.
Мы не виделись три дня, но давать понять, что думала о нем, и не один раз, я также не собираюсь. Это будет означать, что у меня есть от него какая-то зависимость, а мне это не нужно. Если она и есть, я от нее избавлюсь, потому что мои планы на жизнь — уехать из этого города и никогда не возвращаться. Сделать то же самое, что и мой брат. Я никогда об этом не забываю.
Осадчий был в командировке. Год назад он получил диплом и сразу же начал работать в семейном бизнесе.
Его машине — две недели. Он обновил ту, на которой ездил с тех пор, как мы познакомились, заработав на новую упорным трудом в отцовском бизнесе.
Разумеется, им все гордятся.
Мы встречаемся уже два года…
— Чем занималась? — интересуется Дан.
Свернув козырек, я отвечаю:
— Записалась на курсы минета.
Я чувствую на себе его веселый взгляд.
— Ты и так на высоте, — заверяет Осадчий.
Обстановка в моем доме подняла внутри достаточно желчи, чтобы поддеть:
— Может, у тебя просто опыт маленький?
Дан реагирует на мою желчь спокойствием, как и всегда. Преувеличенно задумчиво смотрит вперед, потом отвечает:
— Мне просто везет с девушками…
Всех его девушек я знаю поименно. Разумеется, тех, с которыми у него случались сколько-нибудь длительные отношения. Их было две: одна — в школе, вторая — в университете.
