Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
Потом поднял на Веронику глаза, полные такого мучительного счастья, такой боли – выдержать этот взгляд было невозможно…
Вероника обняла его:
– С мамой все в порядке, Клим.
– Ты видела ее? Ты говорила с ней?
– Да. Недавно. Все хорошо. На дачу по выходным ездит…
– Как она выглядит?
– Очень прилично выглядит. Я не вру, честное слово!
– Надо ехать.
– Надо-надо, кто ж спорит… Только успокойся.
Минут пять Клим молчал, только едва заметно дрожал. Потом расслабился – его как-то враз отпустило, и он снова улыбнулся:
– Ника… Сколько хороших новостей ты привезла!
– Да уж! – Вероника принялась целовать его лицо – куда попало.
– Позавтракаем, соберемся и поедем.
– И поедем! Мне, ты знаешь, на работу пора…
– Я люблю тебя. Я не собираюсь тебя заставлять, принуждать к чему-либо, но… ты должна знать – я хочу, чтобы ты была со мной. Всегда.
– Я буду с тобой. Я люблю тебя.
…Через два часа они выехали.
– Клим, расскажи, как ты жил. Что с тобой было?
– Ну что… Служил.
– В Чечне? – с ужасом и любопытством спросила Вероника.
– Никак! – Клим усмехнулся, пожал плечами.
– А как ты вообще в Чечню попал – завербовался?
– Ну что ты, нет… Случайно. Тогда еще не только контрактников туда направляли, а всех подряд.
– Страшно как… Но ты сказал о своих убеждениях?
– Сказал. Но кто меня будет слушать?
– И что?
– Ничего. Как обычно. После учебки забросили нас в горы. Неделю нормально так прожили, а потом был бой.
– И?..
– И меня после него чуть свои не убили.
– О господи… – пробормотала Вероника, с ужасом глядя на Клима.
– Нет, совсем не убили. Но побили крепко… Потом послали „растяжки“ убирать. Ну, разминировать дорогу надо было… Участок сложный, живым вряд ли бы вернулся. Но – вернулся… – спокойно рассказывал Клим, глядя на дорогу.
Весь путь до Москвы, несколько часов, он рассказывал Веронике свою жизнь. О многом умолчал, о многом Вероника сама догадалась.
Пока Клим говорил, он не думал о матери. И это было хорошо – ведь дорога долгая, лишние переживания ни к чему.
Вероника слушала, затаив дыхание.
…Сапером Клим оказался отличным. У него было чутье на всякие замаскированные снаряды – он их словно видел. Знал, где они могут находиться. И еще он очень ловко научился их разминировать.
Пальцы – как у виртуоза, послушные и быстрые.
Клим мог спасти своим умением больше людей, чем если бы участвовал в открытом бою.
