Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
– По горам тоже лазить весело, экстримом всяким заниматься… Но очень велик шанс, что разобьешься. И лежи тогда либо в гробу, либо на больничной койке, с переломом позвоночника… Что одно от другого не особо отличается!
– Нет, Женька, ты меня не поймешь…
– Погоди. Ты, Лилечка, хочешь сказать, что до сих пор без ума от Тараса Николаева?
– Да.
– И готова ради него на все?
– Да.
– И тебе все равно, чем закончится ваш роман – если вы с Тарасом снова сойдетесь, разумеется?
– Да. Хотя я, конечно, рассчитываю на хеппи-энд!
– Ну тогда ты заслужила… заслужила кое-что.
– Жень, ты о чем? – холодно спросила Лиля. – И не юли, пожалуйста, я этого не люблю.
„Не юли…“ Фу, какая она все-таки грубая, бесцеремонная! Как это по-русски? А – хабалка!» Женя посмотрела Лиле Рыжовой прямо в глаза и произнесла отчетливо и очень выразительно:
– Вероника ушла от Тараса.
Лиля побледнела. Снова начала судорожно щелкать зажигалкой.
– Лилечка, возьми мою, пожалуйста.
– Как – ушла? Вероника ушла от Тараса? Откуда ты знаешь?
– От Светы Шиманской.
– Мне на эту Шиманскую… десять куч, – Лиля сделала несколько глубоких затяжек подряд. – Значит, Тарас сейчас один?
– Один, совсем один.
– А почему ушла? Может, это он ее бросил?
– Нет, Светка сказала – она ушла…
– Ну и дура эта Вероника. Господи… а я сижу тут! – Лиля внезапно рванулась, чуть не опрокинув стол.
– Лиль…
– Вот деньги, я побежала…
– Лилечка, сядь.
– Что? – Лиля плюхнулась обратно на стул.
– Ты хочешь бежать к Тарасу? Вот так, не подготовившись?
– А что?
Женя Мещерская никогда не давала советов – ну, кроме тех случаев, когда их у нее специально спрашивали. Но для Рыжовой она решила сделать исключение.
Женя Мещерская, по сути, сейчас являлась спасительницей человечества. Благодаря ей одной вульгарно выглядящей особой станет меньше…
– Лиль, смени цвет волос.
Лиля Рыжова ничуть не обиделась. Наоборот, она так и вцепилась в Женю:
– Как? Чего мне надо сделать?
– Ну сделай примерно то же, что было двадцать лет назад… Это, кстати, психологически должно подействовать на Тараса.
– Ты думаешь? Я тебе верю! Ну все, я побежала. Столько дел, столько дел… Кстати, потрясная сумка.
– Спасибо. Только что купила. А по-моему, ничего особенного…
– Где купила? За сколько?
Женя ответила. Глаза у Рыжовой полезли на лоб.
