Вероника и её муж Тарас находятся за обеденным столом в уютной кухне. Вероника приглашает его попробовать овсянку, но Тарас предпочитает мясо. Тем временем, они обсуждают свои настойчивые интересы по питанию, создавая непростую ироничную атмосферу доверительной пары в обычный семейный вечер....
Декадентщина…
Рената Савельевна на уроке литературы читает стихи Блока:
«Ночь, улица, фонарь, аптека,Бессмысленный и тусклый свет…»
«Все это было, было, было,Свершился дней круговорот.Какая ложь, какая силаТебя, прошедшее, вернет?..»
«Предчувствую Тебя. Года проходят мимо —Все в облике одном предчувствую Тебя.Весь горизонт в огне – и ясен нестерпимо,И молча жду – тоскуя и любя.Весь горизонт в огне, и близко появленье,Но страшно мне: изменишь облик Ты…»Клим рисует в тетради Веронику – ангела с лентой в волосах и трогательной шеей…
«Он жив, – пронеслось в голове у Вероники.
…Уже рассвело. В середине июня светает рано.
Она ввалилась в квартиру – чумазая, дрожащая, безумная (кажется, вот-вот – и мозги закипят!).
В коридоре стоял Тарас – бледный, полностью одетый, с сотовым телефоном в ладони. Увидев жену, он отшвырнул телефон в сторону.
– Ника! Господи, что случилось? Где ты была?
– Тарас, не сейчас… – Она прошла в кабинет, упала на диван.
– Ника! – Он тряхнул ее за плечи. – Я тут с ума схожу, не знаю, где тебя искать…
– Тарас, все в порядке, – ласково сказала Вероника.
– Ну ты можешь мне сказать, где ты была?! – взорвался он.
– Лучше не спрашивай…
– Ника…
– Я тебя люблю.
– Ника!!!
Он заметался по кабинету, круша все вокруг. Упала стопка бумаги со стола, листы разлетелись в стороны.
– А это что? – Тарас наклонился, поднял школьное фото – то самое, с последнего звонка.
– Не надо…
– Что это? – Тарас отстранил Веронику, пытавшуюся вырвать тетрадь у него из рук. – Тетрадь по литературе… Кого? Клима Иноземцева, ученика 10-го «А» класса… – шепотом прочитал он и уставился на жену круглыми глазами. – Откуда у тебя это?
– Тарас!
– Ничего не понимаю, – выдохнул он. – Немедленно… сию секунду… ты должна мне все рассказать… Иначе я за себя не отвечаю!
– Тарас… я думаю, что Клим жив.
– Где ты была сейчас?
– На Переведеновском кладбище. Его там видели в последний раз…
– Когда? – быстро перебил Тарас.
– Двадцать лет назад…
– Ой, черт побери… – Он сморщился, схватился за голову, глядя на жену с тоскливым ужасом. – Ника, ты что, спятила?..
