В пестром офисе напряжение зашкаливает до предела: шквальный выстрел в мишень и гневные взгляды сотрудников на Артемьевского. Воровский демонстрирует, как правильно стрелять — с хладнокровием и решительностью. Атмосфера напряжения и власти окунает читателей в рабочую среду, где каждый шаг подвергается тщательному контролю....
Я стараюсь не смотреть ему в глаза, чтобы не выдать своих тайных желаний. Но сердце предательски колотится. По коже бегут мурашки.
— Зачем вы приехали? — разглядывая скучный серый пейзаж за окном, спрашиваю я. — Уж точно, не за тем, чтобы еще раз поздравить с новым годом.
Он вздыхает. Выпускает мою руку, мне кажется, с сожалением.
— Лиза, ты подписала контракт, помнишь?
— Еще бы не помнить."
"— Я не хочу, чтобы ты продолжала работать на Азуле, но после заключения контракта работодатель может потребовать от тебя отработать две недели.
Под ложечкой что-то сосет.
— К чему вы клоните?
— Сегодня утром секретарь Азуле связался с Анной. Вас приказано доставить в Москву.
Вздрагиваю, как будто меня обожгло.
— Что значит, доставить в Москву?!
— Таково желание Азуле. Он хочет, чтобы вы были рядом тридцатого и тридцать первого числа включительно. Забронирован номер в гостинице и заказан билет на самолет.
—Я не полечу! Слышите?! Я не вещь и не товар! Вы просили помочь вам и просто улыбаться ему! Не было никакой речи о поездке в Москву! Я не планирую сопровождать Азуле на Красную Площадь и в прочие места!
Воровский пытается что-то возразить, но я с силой отталкиваю его от себя.
— Лиза! — Воровский хватает меня за руки и резко притягивает к себе.
— Успокойся, я полечу с тобой… — крепко прижимая меня к своей груди, произносит он.
Я пытаюсь вырваться. Бью его по плечам и чувствую, что слезы вот-вот хлынут из глаз.
— Лиза, успокойся. Никто не считает тебя товаром или вещью…
Продолжая с силой прижимать меня к себе, он зарывается лицом в мои волосы, а я никак не могу увернуться. Его слишком много в этой машине. Его прикосновения заставляют меня страдать – ведь они интимны и будоражат желание. На миг я расслабляюсь, и он осторожно выпускает меня из объятий.
Обхватывает мое лицо ладонями и заглядывает в мои глаза.
— Я полечу с тобой, Лиза, — хрипло повторяет Воровский.
— Полетишь, потому что тебе нужны миллионы этого Азуле? — с отчаянием ухмыляюсь я. Нет смысла притворяться и обращаться на «вы».
— Нет. Полечу из-за тебя. Если бы у меня был хоть один шанс разорвать тот контракт, который я заставил тебя подписать, я бы это сделал. Но контракт у Азуле. И там написано, что в случае некоторых обстоятельств личный помощник обязан сопровождать своего босса в деловых поездках. А на контракте стоит твоя подпись.
