Август 2001 года. Загородное поместье в Подмосковье на схеме выглядело как идеальный уют. Но вечерело, и за горизонтом скрылось последнее золотое солнце лета. Озера вокруг, словно зеркала, отражали не только серебристый омут воды, но и разлившуюся тихою свежесть приближающейся осени. Это место было как мир в полумраке, где беседка в центре поместья выглядела особенно живописной и загадочной....
— Дело не во времени, заходите!
Кедров зашел к директору, стараясь выглядеть бодрым, решительно настроенным на работу, что, мягко говоря, у него получалось плохо и что не осталось без внимания генерала Пахомова.
— Проходите, Юрий Сергеевич, присаживайтесь, я готов выслушать вас!
— Товарищ генерал-полковник! Во-первых, я хотел бы узнать, почему мой подчиненный полковник Скориков решает вопросы через голову, обращаясь непосредственно к вам? Или я для него больше не начальник?
— Вот вы о чем? Признаюсь, такого вопроса я от вас не ожидал! Ответ на него вы легко могли бы найти в Уставе Службы, где сказано, над командирами особых соединений и частей спецназа, под которые подпадает и бригада полковника Скорикова, начальник один, а именно директор Службы.
— Так точно!
— Так чем же вы недовольны?
Кедров, проглотив упрек и недоброжелательный тон директора Службы, ответил на вопрос Пахомова:
— Я недоволен, и это, во-вторых, тем, что Скориков хочет как можно быстрее покинуть Чечню, хотя работа там у него еще есть!
Директор Службы как-то особенно посмотрел на генерала.
— Мне, — сказал директор, — полковник докладывал совершенно иное, и я с ним согласился. Крупные бандформирования полевых командиров Палача и Койота разгромлены, остались осколки этих банд, ушедшие в горы. Но не гонять же бесконечно наши части за группами из двух-трех человек по горам? Они и так потрудились на славу. И сделали все, что им ставилось в задачу… даже больше. Я имею в виду случай с группой старшего лейтенанта Захарова.
