Август 2001 года. Загородное поместье в Подмосковье на схеме выглядело как идеальный уют. Но вечерело, и за горизонтом скрылось последнее золотое солнце лета. Озера вокруг, словно зеркала, отражали не только серебристый омут воды, но и разлившуюся тихою свежесть приближающейся осени. Это место было как мир в полумраке, где беседка в центре поместья выглядела особенно живописной и загадочной....
Когда он выпрямился, Роман выхватил пистолет, поднес его к виску генерала и выстрелил.
Пуля, пробив череп и отбросив окровавленное тело Кедрова на подлокотник кресла, разбила стекло шкафа, уйдя в стенку рядом с недопитой бутылкой «Абсолюта».
Роман, как его инструктировал Палач, протер ствол носовым платком, вложил пистолет в толстую короткую ладонь генерала, сжал ее, предварительно надев на свои руки перчатки. Через несколько секунд отпустил. Пистолет так и остался в ладони Кедрова. Убрав за собой следы, вытащив пленку из фотоаппарата, который также протер платком, положил его на место, вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь.
Помощник Палача, подняв воротник ветровки, прошел вдоль дома к кинотеатру, на стоянке сел в джип. Недолго посидел в нем молча, завел двигатель, выехал на дорогу, с нее на проспект, и через МКАД вернулся в усадьбу Шеленгера.
В покоях Мурзы и Доулетхана горел тусклый свет и пищала восточная музыка. Даже из машины были слышны женские визги.
Тот ответил почти сразу:
— Ну?
— Это Роман! С Кедровым вопрос решен!
— Все сделал, как я велел?
— Да!
— Следов не оставил?
— Нет!
— Молодец! Может, к нам присоединишься? Здесь очень весело! Не пожалеешь, помощник!
— Благодарю, командир, нет, не хочу! Скажите, что делать с папкой, что я забрал у покойного генерала?
— Какой папкой? …Ах, да! …Отнеси-ка ее Шеленгеру! Он в это время еще бодрствует! Перед этим сделай копии содержимого папки, может, пригодится!"
"Палач отключился.
Там его встретил один из ближайших телохранителей босса.
Охранник-качок пренебрежительно посмотрел на вошедшего Романа. Он знал, какое положение занимает этот вышколенный раб в иерархии дома, но не знал о последних изменениях в ней.
— Ты куда, чушок, прешься? Тебя вызывали?
Молодой человек не обратил внимания ни на вопрос, ни на тон, каким тот был задан, сам задав свой вопрос:
— Босс на месте?
Качок от невиданной наглости даже привстал с дивана:
— Ты че, в натуре, не понял, с кем разговариваешь, кухарка? Мне че, типа повторить вопрос?
— Босс на месте? — повысил голос Роман.
