Август 2001 года. Загородное поместье в Подмосковье на схеме выглядело как идеальный уют. Но вечерело, и за горизонтом скрылось последнее золотое солнце лета. Озера вокруг, словно зеркала, отражали не только серебристый омут воды, но и разлившуюся тихою свежесть приближающейся осени. Это место было как мир в полумраке, где беседка в центре поместья выглядела особенно живописной и загадочной....
Хотя бы на пять минут, сержант! Это очень важно, дорогой!
Сержант посмотрел на раненого, потом на командира, покачал головой:
— Ну не знаю, попробую!
— Пробуй, сержант, пробуй! Приведешь его в себя, к ордену представлю, слово офицера!
— Да при чем здесь орден, товарищ майор? — ответил санинструктор, открывая свой ранец.
Он начал колдовать над раненым.
Таранов стоял рядом, нервно курил.
Как бы сейчас пригодились показания хоть одного свидетеля. Даже не показания, а несколько ответов на темные вопросы.
И санинструктор сумел сделать невозможное.
Ему удалось привести в чувство смертельно раненного боевика.
Таранов опустился к нему.
— Говорить сможешь? — спросил майор.
— Ты… кто? — в ответ спросил умирающий.
— Я — командир отряда спецназа, майор Таранов!
Очищенное от крови сержантом бледное лицо чеченца отобразило удивление.
Он переспросил:
— Ты… Таранов?
— Да, я — Таранов, тебя это удивляет? Почему?
— Я… Доулетхан… бывший… первый помощник… этого… шакала… Палача!
На это раз удивление отразилось в глазах майора Таранова.
— Вот как? Но мы же разбили ваш отряд у водопада? И Палач погиб!
— Нет!.. Палач… подставил людей… и… ушел… вместе со мной!
— А кто же остался в палатке? В форме Палача и его маске?
— Обычная… подстава!
Таранов замолчал, задумавшись, но заговорил сам Доулетхан:
— Майор!.. Мне осталось… жить недолго… выслушай меня…
— Я слушаю тебя!
— Если бы… Палач… не поступил… так подло, то… вы и клещами… из меня… ничего не вытянули бы… но… он… он… тварь… решил избавиться… ото всех… даже от меня!
Таранов сказал:
— Ты не волнуйся, достану я Палача, обещаю тебе! Ответь, захват золота был организован Палачом?"
"— Да… но не только им!.
Доулетхан вдруг закашлялся, изо рта пошла кровь, Таранов закричал:
— Санинструктор! Где ты, мать твою? Сделай что-нибудь!
Сержант молча приподнял голову раненому.
— У вас, майор, мало времени, не более пары минут!
— Будь рядом! — приказал он санинструктору.
Доулетхан продолжил из последних сил, уже закрыв глаза:
— Палач… Мурза Баркаев… один из тех… кого освободили… из вашего СИЗО. Остальных… расстреляли! У него… имеется паспорт… гражданина Турции.
