Август 2001 года. Загородное поместье в Подмосковье на схеме выглядело как идеальный уют. Но вечерело, и за горизонтом скрылось последнее золотое солнце лета. Озера вокруг, словно зеркала, отражали не только серебристый омут воды, но и разлившуюся тихою свежесть приближающейся осени. Это место было как мир в полумраке, где беседка в центре поместья выглядела особенно живописной и загадочной....
Эх, твою мать! Быстрее бы все закончилось, но как же трудно умирать молодым!"
"Боевики поднялись во весь рост одновременно с появлением звена штурмовиков «СУ-25». Сергей как-то даже облегченно вздохнул — не ушли «чехи», не сломили сопротивления горстки бойцов спецназа. Теперь всем смерть! Но победа осталась за группой! И это главное!
Он поднял ракетницу. Красный заряд взмыл в воздух вертикально вверх.
Появление самолетов остановило бандитов. Захаров дал по ним длинную, на все тридцать патронов, очередь, еле удержав автомат ослабевшими руками.
Ни оружия, ни патронов, ничто в этой жизни ему больше не было нужно. Боевики попадали на землю, Сергей же смотрел за маневрами штурмовиков.
Пилоты, заметив красную ракету, заложив крутые виражи, разошлись друг от друга, пошли на цель. Наемники, не выдержав нарастающего гула пикирующих штурмовиков, заметались по лесу, Захаров же истерично засмеялся, крича:
— Попали, суки? Отвоевались, твари? Взяли спецназ?
С этим криком он и умер.
Старший лейтенант не почувствовал боли, только вдруг земля под ним разверзлась, и он полетел в глубокую черную пропасть.
Обстреляв заданный сектор ракетами класса «воздух-земля», штурмовики сделали второй заход, сбросив на цель бомбы.
Командир звена доложил начальнику полетов:
— Цель поражена! Фотосъемка произведена! Полетное задание выполнено!
— Возвращайтесь домой! — приказал дежурный офицер.
Гул самолетов стих.
И наступила мертвая тишина. Дымились обломки деревьев, кустов, трава, люди, вернее то, что от них осталось. Дым поднимался к вершине скалы, слабый ветер сносил его к водопаду, продолжавшему, как ни в чем не бывало, сбрасывать массы воды в небольшой пенящийся водоем.
Палатки, простреленные Доулетханом, практически не пострадали, только две крайние, что стояли возле спуска в «зеленку», вспыхнули и мгновенно сгорели. Та, в которой лежал труп в маске, уцелела. Она колыхалась разорванным брезентом.
Палач, следуя на джипе по дну ущелья, услышал гул приближающегося звена самолетов и тут же приказал Доулетхану, ведшему «Тойоту», свернуть на склон, в «зеленку», под защиту развесистой чинары.
Не дай Аллах, летчики заметят машину. Тогда от их ракет не уйти! Но самолеты прошли стороной. Чуть позже раздались мощные взрывы, от которых вздрогнула земля и со склонов покатились камни.
Палач был спокоен.
