Древний огненный мост купал городок в свете дневного светила, а вокруг его заброшенных фруктовых садов плавали запахи старых трав и полевых цветов. Напитанная пылью из под сапог курсантских ног и мужского матом — знакомой стихии войны. Диверсионная школа абвера была скрыта в тени этих растений, дышала ими и жила своей страшной жизнью......
– Для экономиста Люба очень хорошо умеет оказывать первую помощь.
– Она закончила курсы санитарок, хотела на фронт, но в последний момент у нее какой-то срыв произошел, с сердцем нелады. Комиссовали сразу после курсов. Признали негодной для армии – как бы она с больным сердцем таскала на передовой бойцов? Да и в госпитале их потаскать пришлось бы, попади она в тыловую санчасть. Везде у санитарок работа тяжелая.
– Так вот она какая, ваша Люба, – улыбнулся Сосновский.
– Одинокая она и несчастная.
"Сосновский отхлебнул горячего чая и стал смотреть в окно. «Ну, кажется, контакт с Труневым наладился, – подумал он. – Началось откровение. Теперь поддержать его, не отпустить, пусть войдет в привычку. Откровенничать с ним нельзя, но сведения получать можно. Нам нужно врага найти, если он есть. Найти путь, которым враг попытается пробраться на завод. И путь этот перекрыть, а заодно и врага за руку поймать. Данные нужны о его хозяевах: где и как готовят, кто готовит, какие цели и масштабы.
Когда вечером Сосновский вышел с территории завода, он снова подумал об экономисте Любе. Сегодня в разговоре Трунев обронил, что Люба как экономист слабовата. Получается, что ее на заводе держат за красивые глаза? В прямом и переносном смысле? Работает экономистом, но при каждом удобном случае пытается всем угодить, вплоть до постели. Но руководство завода – сплошь члены партии и семейные люди.
Командир роты, заступившей на охрану моста, лейтенант госбезопасности Полупанов был человеком серьезным, рассудительным и не склонным к поспешным выводам. Коган, познакомившись с ним, сразу понял, что этому человеку так просто врать и выдумывать технические проблемы не удастся.
