Древний огненный мост купал городок в свете дневного светила, а вокруг его заброшенных фруктовых садов плавали запахи старых трав и полевых цветов. Напитанная пылью из под сапог курсантских ног и мужского матом — знакомой стихии войны. Диверсионная школа абвера была скрыта в тени этих растений, дышала ими и жила своей страшной жизнью......
– Здесь живете две недели, потом перебазируетесь на новое место. Для этого каждый должен присмотреть жилье. Выберем наиболее подходящее. Слушай приказ. Бурлаков! Тебе осмотреться в поселке, приглядеться к соседям. Кто такие, как живут. Часто ли по улицам ходит участковый. Выясни, есть ли поблизости кто-то из судимых граждан, может быть, есть места, где собираются блатные. Доложишь – решим, нужен ли нам контакт с ними.
– Сделаем, начальник. Нашему брату что по улице послоняться, что в пивнушке посидеть, закорешиться с кем.
"– Хорошо. Лыков, ты у нас танкист, а значит, за тракториста сойдешь. Походи, поищи работу по специальности. Посмотри, кто требуется на заводах. У тебя самые надежные документы, но все равно не рискуй. В отделы кадров не суйся, милицию за версту обходи. Береженого бог бережет.
Лыков с готовностью кивнул и даже чуть привстал на стуле, как будто хотел прямо сейчас идти выполнять приказ. Поймав строгий взгляд командира, сразу притих, сложил руки на столе.
– Теперь вы, Агафонов и Кочетков. Вам два дня на то, чтобы подготовить и замаскировать скрытые проходы с этого участка на соседний, в переулок и на пустырь. Проверить, куда можно выйти пустырем, куда выходит соседний переулок. Проверить запоры на двери и на окнах. Смазать. Ежедневно в доме остается один член группы. Составить график. За меня остается Агафонов. Я буду жить в другом месте, здесь встречаться будем редко, в основном – на рынке и в других местах, где больше народу.
Себе квартиру в городе Храпов тоже нашел.
Глава 6
Самолеты улетели, так и не сбросив ни одной бомбы по целям. Затемнение, мощный заградительный огонь – трудно пробиться бомбардировщикам, но фашисты упорно посылают все новые и новые группы самолетов.
Трясясь в кабине полуторки, Буторин вместе с группой бойцов истребительного батальона ехал на юг, к выезду из города. НКВД оповестили, милицию тоже. Снова заработал механизм розыска. Милицейские и военные патрули комендатуры перекрывали дороги, устраивали проверки документов, досмотр личных вещей. Буторин знал, что такие меры, как правило, ничего не дают – диверсанты умеют прятаться.
