Финальная часть трилогии о столкновении Востока и Запада. 1839 год: Британия и Китай стоят на краю войны. Император отказывается открывать страну для британского опиума, грозя разорением колониальной империи. На фоне геополитического конфликта разворачиваются судьбы героев, оказавшихся в...
В последний месяц тысячи солдат и рабочих встали лагерем по обоим берегам. На восточном берегу поднялись глиняные стены форта, реку пересекал крепкий настил из огромных бревен, выглядевший дамбой. Для его сооружения вырубили лес на площади в сотни акров; строительные расходы взяли на себя купцы гильдии Ко-Хон, на одну только древесину истратив, по слухам, тысячи серебряных таэлей[95].
При необходимости одна подвижная секция настила открывала проход судам. «Кембридж» миновал эту преграду и тотчас бросил якорь, встав напротив форта; ему отвели роль плавучей огневой точки, защищающей крепления настила к западному берегу.
Опробовав разные варианты, офицеры приняли решение развернуть корабль носом в сторону вероятного появления противника, тем самым как бы сузив контуры судна и превратив его в цель меньшего размера. Изъяном этой позиции было то, что она не позволяла использовать бортовые орудия. Для восполнения сего недостатка палубные пушки перетащили на бак. С учетом всей важности носовой батареи в бомбардиры назначили самых опытных матросов, разрешив им набрать орудийные расчеты по своему усмотрению. Одним из первых должность бомбардира получил Джоду, который, к вящей радости Нила, взял его в свой расчет, доверив функции сумбадара, заряжающего."
"Следующие две недели орудийные команды провели в освоении и оттачивании артиллерийских навыков. Корабельные офицеры, плохо знакомые с организацией стрельб на судах европейской постройки, мало чем могли помочь, и матросы, покопавшись в памяти, составили собственные руководства. Всем заправлял ласкар-маканец[96], некогда служивший на португальском судне, именно он подавал команды мигом занять боевые посты.
Все это время на «Кембридж» регулярно наведывался Комптон, поставлявший новости. Он часто работал переводчиком представителей генерал-губернатора на продолжавшихся англо-китайских переговорах. Однако новостей было мало, поскольку британцы считали, что обсуждать уже нечего, осталось ратифицировать договор, заключенный на Чуенпи, их удовлетворит лишь безоговорочное принятие императором всех требований.
Сам Комптон был уверен, что император Даогуан не пойдет на уступки вообще. И оказался прав: однажды утром появившись на «Кембридже», он сообщил, что император отверг договор целиком. Кроме того, он жестко выговорил генерал-губернатору Цишаню за потачку британцам. Указания властям Гуандуна остались прежними: никаких компромиссов, любой ценой изгнать захватчиков.
