Финальная часть трилогии о столкновении Востока и Запада. 1839 год: Британия и Китай стоят на краю войны. Император отказывается открывать страну для британского опиума, грозя разорением колониальной империи. На фоне геополитического конфликта разворачиваются судьбы героев, оказавшихся в...
Возглавляли конвой три линкора, «Уэлсли», «Мелвилл» и «Бленхейм», с семьюдесятью четырьмя пушками, следом шли фрегаты «Друид» с сорока четырьмя и «Юпитер» с двадцатью четырьмя орудиями. Провожая сей величественный строй, зрители вопили, точно на регате.
Вспомогательные и транспортные корабли подняли якорь последними. На выходе из бухты их сопроводили «Куин» и «Мадагаскар», в кильватер которым встали торговые суда, перебиравшиеся в безопасный приют острова Ша Чау. «Анахита» была в числе немногих кораблей, оставшихся в гонконгской бухте.
Погода выдалась чудесная, было свежо, но не зябко, небо сияло синевой, и под устойчивым ветром корабли шли резво. Захарий впервые направлялся к устью Жемчужной; он уже повидал впечатляющие ландшафты китайского побережья, но сейчас был сражен грандиозностью открывшегося вида: река уподобилась огромной лазоревой долине, раскинувшейся меж серовато-зеленых гор.
Сборный пункт был назначен в миле от острова Южный Вантун. Вспомогательные суда прибыли на место, когда там уже началась подготовка к атаке. Боевые корабли выстроились уступом во главе с флагманом и двумя линкорами. За ними встали фрегаты, боты и канонерки. Поддержкой парусникам были три парохода с мощным вооружением.
Строй этот напоминал наконечник стрелы, нацеленной на форты Северного Вантуна, сам же остров походил на сфинкса, развернувшегося к британской эскадре; на макушке его уселась крупная батарея с уже открытыми бойницами, откуда выглядывали пушечные рыла, а возлежал он в неразрывном кольце укреплений, охватывающих все склоны, мысы и вершины Тигриной пасти."
"С квартердека «Ибиса» Захарий имел хороший обзор приготовлений к атаке. Три парохода деловито шныряли меж заякоренных кораблей, и только «Немезида», занявшая позицию на острие удара, была неподвижна. Вокруг нее теснилась дюжина буксиров, выгружавших солдат и боеприпасы, за кормой стояла связка ботов, готовых к буксировке.
На закате из высокой трубы «Немезиды» вырвалось густое облако черного дыма, зашумели паровые котлы, и корабль вздрогнул, точно скаковая лошадь на старте, жующая удила, а потом вдруг с места рванул и, таща за собою три бота, устремился к островку, отделенному от Северного Вантуна неширокой полосой воды.
Если б не пара маленьких взгорков, крохотный Южный Вантун можно было принять за отмель. На фоне своего величавого северного соседа он съежился, точно мышь перед котом.
