В свете лунной поганки мерно поскрипывал полевой телефон. Несчастный обер-ефрейтор с расстегнутым воротом кителя морщился от ухудшившегося качества связи, при каждом разговоре поковыряясь в ухе. Это описание создает атмосферу глухих ночей, когда каждый шепот имеет смысл всей войны....
Он выбрался из-за угла и двинулся вдоль каменной стены, прижимаясь к ней плечом, доска под ногой предательски хрустнула, Шубин споткнулся и режим молчания нарушился. Он машинально присел – лучше перестраховаться, хотя, если честно, он уже догадывался, что за привидения населили подвал. Лейтенант решительно зашагал вперёд, ахнула темнота как-то сразу схлынула, ещё шаг, ещё поворот, ощущение разомкнутого пространства, темнота дышала, всхлипывала. Он включил фонарь, стало тихо как на кладбище, словно экран кинопроектора вырывал из мрака побелевшие от страха детские лица: сморщенные, жалобные, они смотрели большими слезящемся глазами, жались в кучку, льнули к двум молодым особам, которые были не меньше испуганы.
Дрогнул фонарь – вот тебе и подарочек. Подошёл Смертин, озадачено хмыкнул, подтянулись остальные.
– Пожалуйста, не трогайте нас! – умоляла худая, высокая женщина, ей на вид было около тридцати, из под берета натянутого на уши, торчали мятые кудряшки, пронзительно светлые глаза источали страх, дрожали припухшие губы.
"Всхлипнула вторая – миловидная, широкая в кости, с бегающими бусинками глаз. Дети не шевелились, только щурились от яркого света, кто в чём: старые кофточки, куртки, подвёрнутые плащи из болоньи. Мальчики, девочки – все примерно одного возраста от десяти, до двенадцати, то есть всё уже понимают, но пока ещё маленькие, беспомощные. Выделялся переросток – сам худой, костлявый, но с большой головой, оттопыренными ушами, весь побелевший от ужаса, хотя я ему едва ли стукнуло двенадцать, просто природа подшутила – сделала дылдой уже в нежном возрасте.
Это был тупик, каменный мешок, с каким-то заплесневевшем хламом внутри, отступать дальше было некуда, по крайней мере в этой части подвала.
– К-командир, ты онемел… – слегка заикаясь пробормотал Смертин, у самого похоже что-то сдвинулось в голове, непроизвольно перешёл на ты.
– Не убивайте детей, пожалуйста! Они ни в чём не виноваты, – пробормотала женщина в берете с лучистыми глазами.
– Так, барышни, не надо волноваться, – опомнился Шубин. – Вы находитесь под защитой Красной Армии. Лейтенант Глеб Шубин. Мы разведывательная группа войск западного фронта, действуем в тылу противника. Кто вы такие? Как здесь оказались?
– Наши!… Лида, это наши!.
