В свете лунной поганки мерно поскрипывал полевой телефон. Несчастный обер-ефрейтор с расстегнутым воротом кителя морщился от ухудшившегося качества связи, при каждом разговоре поковыряясь в ухе. Это описание создает атмосферу глухих ночей, когда каждый шепот имеет смысл всей войны....
Искать переход в другом месте – чем он лучше? Глеб обернулся – просека маячила перед глазами, разведчики сливались с местностью – за них тревоги не было, но что делать с малолетним выводком?
Из кустарников высунулось вихрастая голова – Дима Рудаков, заблестели любопытные глазки, показалась рука, Лида стала запихивать будущего командира Красной Армии обратно. Шубин вытянул шею, бегло смотрелся – местность, в принципе, открытая, в округе сплошной кустарниковый покров высотой около двух метров, лес в стороне.
Шубин приподнялся – опасности коммуникация пока не представляла, на юге чисто, но и там могло что-то появиться.
– Постараемся без, риска Иван, не дрова несём, потом до гроба себе не простим. Отползай, бери Баттахова и дуйте к повороту, стойте так, чтобы мы вас видели, а вы видели то, что за поворотом. Возникнет опасность – сигнализируйте и прячьтесь. А в другую сторону мы сами посмотрим.
– Правильное решение, товарищ лейтенант, – похвалил Смертин. – Осталось выяснить, что у нас за поворотом.
Баттахов покорно снялся на призывную возглас и разведчики припустили вдоль дороги. Уже болела шея от постоянного верчения, слух у хлопцев отменный, чёрт возьми. Рассыпались дружно – один под откос, стал неразличим в травянистой массе, другой помчался прыжками в кустарник.
Ещё тряслись ветки, когда из-за поворота появился средний полугусеничный бронетранспортёр Б-251, украшенный зелёно-сиреневыми разводами.
