Причем бочонки наталкивались на камешки, их траектория постоянно и непредсказуемо менялась. И вдруг, неожиданно даже для меня, грохнул первый взрыв, взметнулось пламя, полетели куски земли, камней, части человеческих тел, облако дыма затянуло место взрыва, не давая мне вдоволь полюбоваться на творение своих рук. Второй взрыв, третий! Паника наступила просто мировая! Один из бочонков ударился в стену комендантского дома и, пошипев шнуром, взорвался, снеся при этом половину дома. Еще один докатился до стены и взорвался там, изрядно повредив стену и сбросив вниз одно из орудий. Последний грохнул почти на плацу, разметав несколько солдат. Пора и нам, время поджимало, я буквально спиной чувствовал, как горят фитили в центре галереи. Подкатив большую бочку к выходу, я зажег фитиль и стал толкать бочку в сторону ворот. Катилась она сама легко, приходилось лишь подправлять направление. Завидев меня, бегущего за бочкой с горящим и дымящим фитилем, стража у ворот разбежалась. Я видел, что фитиля осталось немного, буквально на несколько секунд. Подправив в последний раз направление катящейся бочки, я упал на землю и прикрыл голову руками, зажимая уши. Грохнуло значительно сильнее, чем от первых бочонков, меня сильно подбросило и приложило о землю. В ушах звенело, я на какое-то время оглох. Зато ворот и стоящих рядом башен не было, лишь дымились обломки. Я вскочил и бросился в пролом, всем нутром ощущая, что сейчас рванет арсенал. Вдогонку за мной все-таки бросились несколько наиболее упертых солдат. Видно, гибель сослуживцев их сильно разозлила. Выскочив из крепости, помчался по дороге, но, не успев отбежать и ста метров, услышал за спиной чудовищной силы рев, обернувшись, увидел, как часть горы приподнялась, откуда, как из жерла вулкана, выплескивалось пламя, вылетали огненные головешки. Воздушной волной меня сбило с ног, мои преследователи просто кувыркались по дороге. Головешки попадали на деревянные крыши зданий, и дерево принялось гореть. В крепости разразился рукотворный ад. Не теряя времени, снова вскочил и бросился бежать. Меня преследовали лишь пять или шесть солдат, хуже всего было то, что в руках они держали мушкеты, а у меня за поясом были лишь один заряженный пистолет и нож. Раздалось несколько выстрелов, но пули просвистели далеко, но если меня догонят, будет плохо, я не смогу с ножом обороняться от нескольких опытных солдат. Темнело, я начал спотыкаться о камни на дороге, сказывались усталость, нервное напряжение и голод.