Глядь на шумную сцену — муж и жена делятся недовольством, каждый за своим столиком в автобусе. Внезапно путь разламывает морозная буря. Один взгляд между ними: напряжение, решимость продолжать свое путешествие — будь что будет. Этот роман о противостоянии двух сердец в условиях северной зимы создает атмосферу страстных и холодных эмоций....
Все проблемы решали вместе, плечом к плечу. И это было совершенно новое, головокружительное чувство.
***Развели Павла с Аленой быстро. Чему это приписать — профессионализму Ракитянского или тому, что Смирновы потеряли к нему жгучий интерес — Павел не мог точно определить. Скорее всего, и то, и другое. Но после развода он в тот же день сделал две вещи. Через интернет они с Ингой подали заявление о заключении брака. А вечером того же дня они вчетвером пили коньяк в одном из культовых ресторанов столицы.
— Чудной ты человек, Паша, — они с Ростиславом после завершения дела дружно перешли на «ты».
— Почему?
— Ни дня холостым не проходил. Получил документ о разводе и тут же снова жениться. Такое рвение, конечно понятно, — Ракитянский отвесил поклон Инге, — но…"
"— Не все так дорожат своей холостяцкой свободой, Слава, — поддела мужа Полина Ракитянская. Ростислав лишь демонстративно закатил глаза. А потом церемонно поцеловал супруге пальцы, и теперь пришел ее черед закатывать глаза. Они были на удивление гармоничной парой.
— Если бы ты, как я, ждал свою женщину пятнадцать лет, — он отсалютовал своим бокалом Ростиславу, — ты бы тоже сейчас торопился.
— Это как? — хором спросили Ракитянские.
— Нет-нет, — рассмеялся Павел и сжал рукой пальцы Инги. — Это вы обещали рассказать историю своего знакомства.
Ракитянские переглянулись.
— Коровкины, — хмыкнула Полина.
— Точно, — расплылся в улыбке Слава. — Эти чертовы Коровкины.
***Теперь на пальце Инги — как и на его — красуется обручальное кольцо. Широкие золотые обода. И в паспорте Инги — его фамилия, хотя свадьбой как таковой они пренебрегли. У них общее все, они понимают друг с друга с полуслова, им легко и комфортно вдвоем. И все прекрасно, если бы не одно «но».
Несмотря на все доверие, Павел так и не решился сказать Инге об вазектомии. Не смог набраться духа.
Если говорить формально, то он даже не соврал. И вопрос детей они с Ингой так толком не обсудили — он видел, что ей немного неловко пока говорить на эту тему. И после того разговора этой темы они больше не касались. Но и никакими средствами контрацепции тоже не пользовались — ни он, ни она.
