Глядь на шумную сцену — муж и жена делятся недовольством, каждый за своим столиком в автобусе. Внезапно путь разламывает морозная буря. Один взгляд между ними: напряжение, решимость продолжать свое путешествие — будь что будет. Этот роман о противостоянии двух сердец в условиях северной зимы создает атмосферу страстных и холодных эмоций....
Через два месяца работы на новом месте Инга улетела в командировку на неделю в Хайдарабад. А Паша снов лег под нож. Анализы он уже все сдал и ждал только подходящего случая. Доктор сказал… Ну много чего сказал. Начиная с «А я вам говорил!». Паша все терпеливо снес. Потому что это был один из лучших столичных хирургов-андрологов с репутацией волшебника. А волшебство Паше было сейчас ох как нужно.
— Чуда не обещаю, — сразу после операции сказал врач. — Скажу одно — вы очень вовремя одумались. Шансы есть.
Год. Доктор сказал — год. Ждать Павел умеет. Если знать, чего ждешь. А Инга хочет ребенка. Он это знает. Видел, с каким трепетом она смотрела на сынишку Ракитянских. И как возилась с ним. И с каким удовольствием привечает у них дома соседских ребятишек.
А он… он ее подвел… И целый год… И еще не факт, что… Но ведь случаются чудеса. Они ведь встретились с Ингой после пятнадцати лет.
Паша посмотрел на Ингу. Она спит поверх одеяла, на ней синяя шелковая пижама.
Павел сходил в душ. Потом поприседал. Выпил стакан апельсинового фреша. И пошел домагиваться до спящей на кровати девушки. У совы сегодня овуляция. Грех терять такой шанс. Мало ли что ждать год. Ждать — это так трудно.
Он лег рядом, прижался голой грудью к женской спине и запустил руку под шелк. От приобретенных в юности привычек трудно избавиться. Как привык эту девчонку лапать в пятнадцать лет — так руки сами и тянутся.
— И кому не спится в ночь глухую? — сонно пробормотала Инга.
— Мужу твоему. Которого ты собираешься через два дня бросить аж на три недели. Как он будет тут несчастный без секса, ты подумала, жестокая женщина?
— Я могу тебя по телефону… того…
— Не вздумай! — фыркнул Павел и сильнее сжал ладони. Офигенная у нее грудь. Как раз под руку, упругая и нежная. — Я больше этими извращениями не занимаюсь.
