Автор
В тихом море звуки играют мелодию: властный голос Суль, мягкий Дага, игривый Лив* — детишки не перестают истошно кричать. Тенгель смотрит на них из-за весла, его сердце тревожно колеблется от опасений за каждого ребенка. Книга ожидает вас в мире, где чистые голоса моря и детские игры тонут в глубине волнения и приключений....
Выжигал скверну огнем и мечом, спасал мир по Божьему повелению.
Йохан знал, что ему придется несладко, если самый известный придворный лекарь будет осужден без должных доказательств.
— Что ж, как хотите, — Тенгель не настаивал; снова укрыл больного одеялом, подумав что тот, вероятно, очень стеснителен.
— Мне у-уже лучше, — быстро проговорил герр Йохан. — Завтра, наверно, встану.
Лекарь внимательно оглядел парня. Ему казалось, что что-то здесь не так, но никак не мог понять, что именно. Почувствовав его скептический взгляд, Йохан сильнее сжался под одеялом.
«Лучше убраться отсюда подобру-поздорову. Иначе лекаришка убьет меня. Вне всякого сомнения».
Оставшись один, Йохан уснул. Проснулся он внезапно. Около его кровати кто-то стоял со свечой в руке.
— Здравствуй, медведь! — услышал он смешливый голос, рассыпавшийся по его телу словно драгоценные жемчужины. — Здравствуй, белый медведь!
— Что? — ошеломленно переспросил Йохан.
Девочка весело рассмеялась и бесстыдно уселась на край кровати. «Она, верно, еще очень юна», — пронеслось в голове у Йохана.
— Есть такая сказка, — смущенно объяснила она. — Не слышал? Медведь, превращающийся ночью в прекрасного принца. Ночью он спал в одной постели с принцессой. Однажды принцесса зажгла свечу, ей так хотелось увидеть своего возлюбленного. Капля воска упала на лицо принца, он проснулся и очень рассердился. Ты тоже сердишься?
Йохан был очарован сказкой. Едва проснувшись, он не четко понимал, где сон, а где явь.
— Нет. Да нет же. Меня зовут…
— Я знаю.
Йохан покраснел:
— Я просто очень устал. Но теперь почти пришел в себя."
"Глаза парня постепенно привыкли к темноте, и он смог как следует разглядеть девочку. Она была очень красива; глаза манили, губы улыбались. Йохан удивился, как это она могла узнать, что с ним все в порядке. Не осматривала же она его, пока он спал?
Словно отвечая на его мысли, девушка сказала:
— Видишь ли, мне достаточно прикоснуться к тебе, и я сразу могу определить, болен ты или нет.
— Так это вы — Суль? Малыш рассказывал мне про вас.
— Только, пожалуйста, не говори мне «вы». Я еще не так стара. Тенгель — мой дядя. Он и Силье заботится обо мне и о Даге — ну, о том, что живет в Гростенсхольме. Мы у них уже давно. И они очень любят нас. Даже настоящие родители не смогли бы полюбить нас сильнее. Иногда меня ругают. Конечно, я не такая хорошая, как Даг.
