Автор
В бездонной буране Москвы мальчики и девочки сталкиваются с неведомыми страхами, когда снежный ад становится их жизненным полем действия. В этих черных глубинах прячется кошмар или ключ к исцелению, а жизнь каждого ребенка висит на волоске.
Ну конечно, ей вовсе не нужно, чтобы о ней и ее базе знали. Все это, как бывает при вспышке осознания, промелькнуло в голове Алисы в долю секунды и исчезло, уступив место более сильному чувству — беспокойству.
— Криш! — закричала она, срывая голос. — Криш!
И встретилась взглядом с Олегом. Его лицо было мрачным и решительным. Передернув затвор, он двинулся к выходу, как человек, готовый вступить в безнадежно неравный бой. Теперь он выстрелит, Алиса прочитала это по глазам Волкова. Он будет стрелять и погибнет сам — что он может сделать против обученных, не знающих жалости сверхсолдат, получивших приказ «уничтожить»?.
— Стой! Олег!
Он оглянулся и покачал головой, а потом сделал еще один шаг к выходу, навстречу смерти.
Алиса вздрогнула, словно ее изо всей силы ударили под дых. Олег был уже у двери, когда в помещение, тяжело дыша, протиснулся Криш. Живой и невредимый.
Он цел! И Олегу нет необходимости лезть под пули! От облегчения у Алисы закружилась голова, и она была вынуждена опереться о стену, чтобы не упасть.
— Не догнал, — мрачно объявил Криш. — У меня плохая новость: выпускать нас живыми никто не собирается.
— Мы поняли, — буркнул Волков.
— Ах, поняли, — Криш окинул его с ног до головы изучающим взглядом. — Так почему ты не выстрелил? У тебя же была возможность.
— Не смог, — хрипло ответил Волков. Он все еще казался напряженным, и на миг Алисе показалось, что он с большей бы охотой пошел туда, под выстрелы, чем остался с ними.
"— Понятно, со всеми бывает, — Криш огляделся. — Надо принести сюда мебель потяжелее и загородить вход, это создаст нам на некоторое время укрытие… Хотя, по-моему, они уже получили то, что им нужно. Я бы на их месте не штурмовал лабораторию, а взорвал ее — и дело с концом. Ни один из нас, как понимаю, не входит в топ симпатии Ингрид.
— Она не будет нас взрывать, — послышался вдруг тонкий детский голос.
Ева, о которой в суматохе все позабыли, подошла к ним и, склонив к плечу голову, с интересом прислушивалась к разговору взрослых.
— Почему? — поинтересовался Криш.
— Потому что я еще нужна ей для экспериментов. Я первый удачный опытный образец, — ответила девочка, и эти слова звучали в устах ребенка дико и страшно. — Мама не довела до конца работу.
Алисе показалось, что она ослышалась.
— Кто? — переспросила она.
— Ингрид, моя мама, — ответила Ева и переступила с ноги на ногу.
