Сотрудник контрразведки раскрывает преступления, связанные с похищением лошадей. Он сталкивается с напряжением и предчувствием беды, пытаясь разобраться в зловещих махинациях. Нарастающее напряжение ведет к непредсказуемым событиям.
Голос ее оставался жестким:
– И я надеюсь, как вы считаете, – после паузы продолжала она, – что если заниматься сексом, то это будет что-то наполняющее жизнь, подходящая сублимация для женщины средних лет, чья привлекательность тает быстрее, чем ее аппетиты... – В ее голосе звучала горечь, а в словах – давнее знакомство с жаргоном и точкой зрения психоаналитиков.
– Нет, – спокойно возразил я. – Напротив.
– А? – Она открыла глаза. Они были мокрыми и сияющими.
– Играть легче, чем работать.
– Объясните. Черт возьми, вы говорите загадками.
– Секс... такого рода случайный секс, – я похлопал рукой по постели, на которой она сидела, – может быть способом бегства от настоящих усилий. Любовник может быть сублимацией более глубокой потребности. Люди, которые не способны выдержать требования одного, могут отвлечь себя, проводя время с другим.
– Ради бога... Не понимаю ни одного слова. Проклятие! – Она закрыла глаза и легла поперек кровати.
– Тысячи людей никогда не делают ни одного решительного шага, потому что боятся провалиться.
Она сглотнула и, помолчав, спросила:
– Черт возьми, а если провалишься? Что тогда?
Я не ответил, и секунду спустя она настойчиво повторила:
– Скажите мне, что вы делаете, если проваливаетесь?
– Мне пока не приходилось зализывать раны.
– О-о. – Она тихо засмеялась. – Слепой ведет слепого, как и вся проклятая человеческая раса.
– Что ж... – Я встал. – Мы все бредем, спотыкаясь в темноте, – это факт.
– Не знаю, поверите ли вы мне, но я была чертовски верна Дэйву до этого...
Она встала и стояла, слегка пошатываясь.
– Мне кажется, я ужасно скованна.
– Это лучше, чем быть развязной, – улыбнулся я.
– Ради бога, не загадывайте мне шарады в час ночи. Думаю, если вы собираетесь искать этого проклятого Оликса, то нет надежды, что вы поедете с нами в Калифорнию.
– Мне хотелось бы, чтобы была.
– Проклятый лжец, – пробормотала она. – Спокойной ночи.
Юнис направилась к двери и ни разу не оглянулась.
Утром я отвез их в аэропорт. Юнис оставила мне свою машину и дом на такой срок, какой понадобится. За завтраком она саркастически намекнула на свой ночной визит:
– Лучше недобрать секса, чем потом пожалеть.
– Что? – спросила Линни.
– Юнис предлагает способ обуздать демографический взрыв, – пояснил я.
Линни хихикнула. Юнис оскалилась и попросила передать сливки.
Проводив их, я уткнулся в карту местных дорог и, вспоминая неточные ориентиры Юнис, все же добрался до племенной фермы Перри, к дому Джефферсона Л.
