Верзилла Околдованная - 17-летняя девочка с голубыми глазами и орехового цвета волос страдает от холодной зимы и голодом. Ее тело укрыто изношенными меховыми лохмотьями, а голову она спрятала в плечи в попытке защититься. Теплый одеколон шерстяной шали немного успокаивает ее холодную и разоренную душу....
— Эти сновидения были такими отвратительными, как ты сказала?
Стало совсем тихо.
— Но отвечай же! — нетерпеливо закричал он.
— Я трясу головой, — пробормотала Силье.
Он повернулся и взглянул на опущенное, зардевшееся от смущения лицо.
— Я, глупец, видно, этого не слышу, — засмеялся он, и ей послышалась радость в его голосе. Но это была, вероятно, только насмешка.
Не коснувшись его, даже не попрощавшись, она побежала, прыгая через сугробы. Лишь когда она спустилась на луг, то обернулась. Он все еще стоял, сильный и неподвижный, словно языческая фигура.
На мгновенье она подняла руку, чтобы помахать, и он сделал то же самое. Они долго стояли и смотрели друг на друга. Затем она круто повернулась и побежала домой.
9
Жизнь на хуторе становилась все более невыносимой. Во время Рождества Абелона усердно общалась с соседями. Тогда и выяснилось, что маленькие дети были, возможно, не крещены.
— Крещение Силье! — кричала Абелона Бенедикту. — Ты полагаешь, что это чего-то стоит? Эта беспризорница! Подумать только, осмелиться совершить такое священнодействие? А мои бедные дети жили под одной крышей с двумя некрещеными!
— Они не выглядят несчастными, — сухо заметил Бенедикт, стрельнув глазами в сторону двух откормленных подростков.
Абелона зажмурила глаза.
— Ты отлично знаешь, дорогой родственник, что количество чертей два триллиона шестьсот шестьдесят пять биллионов восемьсот шестьдесят шесть миллионов семьсот сорок шесть тысяч шестьсот шестьдесят четыре. Подумай-ка…"
"— И ты в состоянии все время хранить эти цифры в голове? Ты их считаешь каждый день в укромных уголках? А что, если ты кого-то не посчитала? Или посчитала одного два раза?
Но Абелона не давала сбить себя с толку.
— Представь себе, как много их свободно проникает сюда на хутор через этих двух детей! Они могут быть везде, они могут…
— Не устраивай истерики, от этого у тебя лицо становится красным.
— Обоих детей надо отсюда удалить! Немедленно.
— Никогда в жизни! — сказал Бенедикт, угрожающе встав перед нею.
— Мы об этом ничего не знаем. Она была найдена на улице, не так ли? По-видимому, вместе с разгульной женщиной?
Силье вспомнила сестру Тенгеля и стала взволнованно возражать.
— Ты молчи! — оборвала ее Абелона. — Все знают, чего ты ищешь. Итак, они должны быть крещены здесь, на месте.
— У нас еще нет нового пастора, — возразила Мари.
— Мы пригласим его из соседнего прихода.
