В середине прошлого века наши парни ловко покоряли самураев в Китае. Но у них не было моей подготовки – более подобной ниндзя. Мы обучены работать ночью, как летучая мышь обнимающая земной шар — символ нашего спецподразделения ГРУ.
Я тоже уже увидел, что мы окружены – и сверху, со склона, и снизу, от реки, и по дороге с двух сторон, держа нас на прицеле, быстро передвигается цепь людей в камуфлированной форме. Но это явно были не бандиты, хотя бород было и много, однако бандиты не носят кевларовые каски. Такие каски даже армия не носит из‑за их высокой стоимости. Они входят только в экипировку спецназа внутренних войск и спецназа ФСБ. Кто‑то из них нас и окружил. Я не стал отбрасывать автомат и лишь аккуратно положил его у своих ног.
– Хреново нам сейчас придется, – заметил Корчагин. – Это явно не «краповые».
– Дело хреново, – согласился я. – Даю установку. Мы не стреляли, мы только что подошли на звук выстрела из РПГ. Иначе нам не выкрутиться. Пусть вместе с нами ищут, кто стрелял. Работаем…
Иначе нам, в самом деле, было не выкрутиться. Окажись мы за решеткой, как можно было бы отыскать людей, которые подставили мирных жителей под расстрел вместо себя? Но на свободе мы бы еще могли справиться с поиском.
При приближении вооруженных людей я поднялся, сразу выбирая линию поведения, которая показалась мне единственно правильной в данной ситуации. Как старший группы, я обязан был выяснить, с какой стати нас таким вот образом захватывают, как врагов, и дать понять, что наставлять оружие на офицеров федеральных сил, по крайней мере, странно.
"Но нам, впрочем, никто и ничего объяснять не собирался. Местные спецназовцы подошли ближе, по‑прежнему держа нас на прицеле, но не только объяснить что‑то, нам даже вопроса задать не пожелали.
